К нам едет Маркус Миллер и… не только!

   26 октября концертом извест-ного бас-гитариста, композитора Маркуса Миллера стартует III Международный джазовый фес-тиваль, организатором которого является Армянская ассоциация джаза. 
    Наш собеседник — почетный президент ассоциации, джазмен Левон МАЛХАСЯН.

— Надо отметить, что ереванский слушатель получит воз-можность послушать не только Миллера, но и известного кубин-ского пианиста, неоднократного обладателя ГРЭММИ Гонсало Рубалькаба, французского саксофониста Алексиса Авакяна, мастера саксофона Игоря Бутмана, сенегальца Пако Сара, давно полюбившуюся армнянским, и не только, слушателям группу Armenian Navy Band и Арто Тунчбояджяна, Ваагна Айрапетяна, Тиграна Амасяна, разумеется, наш Государственный джаз-оркестр и многих других армянских музыкантов. Как видите, это будет не рядовой, а очень насыщенный, интересный фестиваль — и для города здорово, и для наших музыкантов. Причем хочу подчеркнуть, что выступления пройдут не только в Ереване, но и частично в Гюмри.

“Ереван стал для меня источником вдохновения”

    Концертом одной из лучших джазовых вокалисток мира, аме-риканской певицы Ди Ди Бридж-уотер открылся ежегодный Меж-дународный “Ереван джаз-фест 2016”, организованный Ассоциац-ией джаза Армении и Mezzo Pro-duction. По масштабу проведения, значимости и числу участников он превзойдет прошлогодний фести-валь и будет посвящен лауреату GRAMMY, американскому продю-серу армянского происхождения Джорджу Авакяну. До выступ-ления певица встретилась с представителями отечественных СМИ.

— Признаться, я восхищена теплотой и красотой Еревана. До приезда не так уж много знала об Армении, хоть и побывала в СССР впервые в 1968 году. За этот короткий срок Ереван стал для меня источником вдохновения, что, разумеется, не сможет не отразиться в моих новых работах.

— С кем из коллег по цеху армянского происхождения вы общались? Насколько знакомы с «армянским джазом»?

— Увы, почти ничего не знаю. Во Франции познакомилась с Шарлем Азнавуром, а вот о геноциде армян 1915 года рассказал мой друг Патрик Манукян. Разделяю вашу боль… Также знаю об армянском пианисте Тигране Амасяне — на мой взгляд, блистательный музыкант с прекрасным будущим! Вообще, мне кажется, “армяне везде”. Они прекрасно ассимилируются во всем мире, наверное, потому что у них нет необходимости самоутверждаться — они просто делают то, что должны.

— Ваше исполнение с Реем Чарльзом песни Precious thing стало мега-популярным. А с какого возраста вы полюбили джаз и какую песню в вашей жизни назвали бы любимой, главной?

— Если честно, я никогда не училась музыке. Джаз всегда звучал у нас дома — это было нечто само собой разумеющееся, неотъемлемое... Так что можно сказать, он у меня в крови. Мама рассказывала, я еще в колыбели качалась в такт под песни Эллы Фицджеральд.

— В наше время принято эпатировать публику, представители шоу-бизнеса идут на всякие ухищрения, дабы как-то высветиться, отличиться…

— Понимаю, о чем вы. Меня часто спрашивают о моем имидже, о том, почему я, скажем, решила обрить голову… В начале творческой карьеры я, не скрою, пыталась быть оригинальной, выделяться... Но, поверьте, никогда не делала ничего на угоду публике — я просто для нее жила, и продолжаю это делать, дарить свое тепло, и когда оно возвращается сторицей, понимаешь, что все делается правильно.

В 2007-м наступил момент, когда уже не нужно было больше самоутверждаться за счет внеш-ности, совершаемых поступков или исполняемой музыки. В это же время много изменилось в моей личной жизни, переживала тяжелый развод, заболела… Но и это никак не сло-мило меня, не изменило. Напротив, я захотела подняться выше — как женщина. И, думаю, мне это удалось. …Возвращаясь к прошлому вопросу, расскажу, что имела честь два года сотрудничать с замечательным музы- кантом Реем Чарльзом. Снималась в его телешоу, выступала с ним в концертных программах… Он, можно сказать, впустил меня в свой круг, что позволялось не каждому. Я видела, как он флиртует с женщинами, как играет в шахматы, а один раз даже… «посчастливилось» познать его в гневе. Дело в том, что перед большим совместным концертом в Париже вышла статья с моей большой фотографией. Рей ужасно разозлился и настрого запретил мне петь, гневно бросив: “Запомни, девочка: звезда — это я, а ты просто выступаешь со мной. Не наоборот!” Я все поняла, хоть и очень расстроилась… Правда, спустя некоторое время, когда я на шестом месяце беременности из-за непогоды опоздала на шоу в Италии, он… задержал концерт и заставил зрителей ждать меня аж три часа! Вот так, по-реевски, «загладил» парижский неприятный инцидент.

— И в заключении нашей беседы, пару слов о «Ереван джаз-фест 2016» и, конечно. ваших творческих планах…

— Уверена, меня ожидает незабываемая встреча с армянским слушателем, с армянскими музыкантами. Также мне очень нравится уровень организации мероприятия, серьезность отношения устроителей фестиваля к происходящему. Думаю, этот фест будет жить долго и подарит зрителям немало интересных встреч с прекрасными музыкантами. Так что в добрый путь! О своих же творческих планах скажу, что продолжаю активно выступать, гастролировать. Как говорится, гну свою прямую. И буду искренне счастлива, если она вновь пересечется с Арменией!

©Рубен Пашинян, «Новое время»

Артур Сатян: “Я первый в нашем роду джазмен…”

Артур Сатян — сегодняшний наш гость — один из самых популярных армянских джазменов, ныне прожи- вающий вне пределов родины, неод- нократно выступавший с разными звездами мирового джаза... А инте- ресно, не планируется ли побаловать и армянских меломанов ну если не звездными сейшнами, так хотя бы своими концертами?

— К сожалению, уже совсем скоро начнется учебный цикл, и Ливанская государственная консерватория, где я преподаю с 1998 года, начнет свою работу. А так как я являюсь деканом джазового факультета, который сам же и открыл в 2004 году, загранпоездки приходится отклонять. Но иногда, когда приглашения интересные, я, конечно, выезжаю. Особенно когда это приглашение приходит из родного Еревана. Вот, например, в прошлом году мои друзья Вазген Асатрян и Камо Мовсесян пригласили меня на ереванский ДжазФест в сентябре, и я с удовольствием согласился. Причем финансовая сторона совсем не имеет никакого значения. Я всегда рад приехать в Ереван, увидеть маму, родных, друзей, сыграть музыку со старыми друзьями, да и познакомиться с молодыми талантами.

Конечно, хочется сольного концерта, причем желательно с музыкантами, с которыми я сейчас играю в Бейруте. Это не к тому, что наши хуже — ни в коем случае. Просто спайка состава другая, когда играешь каждый день. Музыканты меня поймут. Но и с моими ереванскими друзьями просто наслаждение играть, мы на фестивале в сентябре сделали только одну репетицию и сыграли как на запись диска, а это высший класс. Просто для сольного концерта нужны спонсоры, организаторы и т.д. и т.п. Я сам это организовывать не люблю и, наверно, не смогу, потому что живу в другой стране. Так что ждy!

— Фамилия Сатян — довольно популярная в армянской – и не только - музыке. Твое увлечение джазом, музыкой в целом — все же «зов предков», генетика или твой личный выбор?

— Хороший вопрос! Мое увлечение классической музыкой и музыкой в целом, это да — зов предков, прежде всего Ашота Сатяна. Это, так сказать, “родная генетика”. А вот с джазом я бы не сказал. Отец и брат увлекались джазом как любители, то есть слушали традиционный джаз, а профессионалы из нашей родни были против. Я помню, и брат деда — Арам Сатунц, и дядя — Арам Сатян высмеивали поначалу мои джазовые страсти и делали все, чтоб я занимался классикой. Спасибо им, безусловно, мой музыкальный багаж и знания теории богаты именно благодаря им, в особенности дяде, потому что композиции я учился именно у него. Он прекрасный музыкант и педагог!

Но мой выбор джаза я сделал сам. И более того, это я заразил джазом моих двоюродных братьев Давида и Рубена Сатянов. До того как я уехал в Бейрут, всё время играл для них, показывал всякие трюки и давал джазовые записи. Сейчас оба тоже играют и серьезно занимаются джазом. Я горжусь, что я первый джазмен в роду! Помню, шутил с дядей, говоря: «Ничего, дядя Арик, в семье не без урода. Так пусть этим “уродом” буду я».

— Расскажи немного о своей семье…

— У меня музыкальная семья. Жена, Ури Сарафян, ливанская армянка, закончившая ереванскую консерваторию и аспирантуру, пианистка. Преподаёт вместе со мной в ливанской государственной консерватории. Имеет прекрасный класс учеников, один из лучших в консе. Многие из её учеников уехали в Европу, чтобы там продолжить образование, и от всех европейских преподавателей она получает письменные и устные благодарности за качественно проделанную работу. Дочь у меня, Лиана, тоже музыкант. Ей 14 лет, учится в американской школе. Разговаривает на армянском, английском, французском, арабском и русском. С семи лет играет на фортепиано, ученица ливанского конса, учится у педагога из Еревана Анжелы Хадишьян. Тоже любит и с детства слушает джаз, но пока не играет.

— Как произошло твое перемещение в Ливан?

— Очень просто. Позвонил пианист Давид Давтян в два часа ночи и спросил: “Арт, в Бейрут поедешь?” Ехать должен был он, но он тогда не смог. Поехал я, и... влип. Шучу, всё прекрасно! Уже...

— Ты живешь и работаешь в Бейруте. Какие успехи? Какие выступления хотел бы отметить?

— Успешно создаю «джазовую сцену» в Бейруте с 1996 года. Они до меня эту музыку не знали. Играли лёгкую музыку с арабскими мотивчиками, импровизировали по-арабски и называли это джазом. Но сейчас уже, безусловно, другая ситуация. Научил, переучил и продолжаю это делать. Почти все ливанские музыканты, играющие джаз в Ливане и за его пределами, в особенности молодые, мои студенты.

В конце 90-х здешние джаз-клубы стали приглашать хороших музыкантов из США и Европы. Мне посчастливилось сыграть со многими известными (Чарльз Дейвис, Лари Кориэл, Эд Черри, Рей Вега, Стефано Ди Батиста, и т.д.) и не очень известными, но очень сильными музыкантами. Сейчас политическая и экономическая ситуация в этом районе не очень благополучная для приглашений музыкантов, но иногда бывает. Совсем недавно сыграл с Артуро Сандовалом, пригласил моего друга Лари Кориэла на фестиваль в Бейруте и в первый раз сыграл на джазовом органе. Кориэл был доволен и удивлен, что я недавно начал играть на органе и «уже такое выдаю». Лари даже попросил меня отдать ему разрешение на исполнение нескольких моих композиций.

В прошлом году сыграл с моим трио на престижном фестивале, который известен как фестиваль классической музыки. У них играли джазовые составы, но с джазовыми аранжировками классических композиторов (Лист, Шопен, Бах). Так вот я был первым джазовым исполнителем, который играл чистую джазовую музыку. Тоже приятно. Доверили!

Выпустил новый диск, который называется АРТолоджи (АРТология). Начал писать давно, но выпустил в 2013 году. Записывал и сыграл с музыкантами из трёх стран - Армении, Ливана и Сирии, отсюда и сам стиль альбома — фьюжн. По-моему, звучит не плохо. Из армянских музыкантов играет Армен Уснунц на теноре и сопрано на саксофонах, Вардан Григорян играет на зурне, мой бывший студент, а теперь коллега, ливанский армянин Раффи Мандалян на гитаре. Остальной состав из Ливана и Сирии, а также сборная команда струнников из Армении и России, которые работают по контракту в ливанском симфоническом оркестре. Диск продаётся почти во всех известных онлайн магазинах. С моей музыкой можно также ознакомиться на сайте www.arthursatyan.com. Милости прошу! 

— А какие изменения произошли за эти годы в исполнении, стилистике твоей музыки?

— Трудно сказать... Я однолюб, люблю то, что всегда любил в джазе. Всегда слушал и «традицию», и фьюжн. То же и играю сейчас. Мои ереванские друзья музыканты гово- рят, что стилистически я не изменил- ся, но сама игра отшлифовалась и, можно сказать, помудрела. Может быть… Но буду играть лучше, обещаю!

— Чем, на твой взгляд, отличается армянский слушатель от бейрутского?

— Армянский слушатель намного лучше понимает музыку в целом. Это длинный разговор, но, коротко гово- ря, в Ливане 15 лет назад только создался симфонический оркестр. Школы серьезной музыки не было, если и была, то слабая, основанная на одном-двух хороших педагогах. Сейчас почти все учителя в Бейрутской консерватории приглашены из России, Армении, Румынии, преподают также ливанцы, которые учились во Франции, Германии... Серьезная музыка началась, в принципе, 20-25 лет тому назад. Концерты классической музыки начались с создания оркестра, до этого не было. Да и сейчас раз или два в неделю. Такого, как у нас, когда гуляешь по периметру оперы и весь забор в рекламных щитах концертов, у них никогда не было, да и не будет, наверное. Государство не думает об искусстве, родители отдают детей на музыку по принципу «чтобы чем-то занялся», типа или баскетбол, или скрипка. Это проблема.

Я уверен, и в Армении есть свои проблемы. То, что я говорю это, конечно же, взгляд извне. Но армянский зритель всё равно намного подготовленнее.

— Некоторое время ты был музыкальным руководителем Камерного театра, где сменил на посту известного армянского джазмена Арташеса Карталяна. Есть ли связь с коллегами по цеху? С тем же театром?..

— Да, хорошие были времена! Увы, очень редко общаюсь с Арташесом по фейсбуку — он туда и не заходит. В театр давно не заходил. В Ереване видел Гранта Тохатяна. Много общаюсь с Давидом Бабаяном...

— Кстати, о Давиде — многие армянские меломаны помнят группу «АртДодо», основанную вами. Все прошло или, может, мы снова увидим, точнее, услышим вас на одной сцене?

— Мы всегда шутим об этом, но кто знает, может, в один прекрасный день соберемся и запишем дисков 10, 20. Музыки у нас полно.

— Какие изменения должны произойти, чтобы ты решил вернуться домой?

— Самое страшное — война. Если что-то вроде этого серьезно случится, я вынужден буду приехать обратно. А так, 20 лет это не два и не пять. Трудно бросить все, чем занимаешься, и начать строить заново. Хотя в Ереване я не буду начинать с нуля, но всё же многое изменилось…

— И напоследок, чем собираешься порадовать поклонников своего творчества в ближайшем будущем?

— Планирую выпуск нескольких альбомов, разной музыки, своей, конечно: трио альбом, фьюжн, латиноамериканскую версию. Ну и если получится организовать концерт в Ереване, то буду очень рад встретиться со всеми друзьями и поклонниками в Армении!

Рубен Пашинян, «Новое время»

Армен Мартиросян: “Я не возвращался в Армению, потому что не покидал ее!”

       Есаи Алтунян (Франция), Тамар Капрелян (США), Ваге Тилбян (Эфиопия), Стефани Топалян (Япония), Мэри-Джин О’Доэрти (Австралия) и Инга Аршакян (Армения) — это состав из шести исполнителей армянского происхождения специально созданной для участия в “Евровидении 2015” группы Genealogy. На данный момент песня Face the Shadow, изначально Don’t deny, набрала в интернете более миллиона просмотров. Автор текста — Инга Мкртчян, а музыку написал известный армянский композитор, джазмен и мой сегодняшний гость — Армен МАРТИРОСЯН.

— Армен, наша прошлая беседа состоялась пять лет назад, незадолго до вашего отъезда в Канаду. На вопрос о том, что может заставить вас покинуть родину, вы тогда ответили: “Если я и эмигрирую, то только ради будущего, ради образования своих детей... Когда я жил в Швейцарии, искренне верил, что, вернувшись в Армению, мы построим тут страну, которая не будет ни в чем уступать Европе. И это увидят не только мои дети и внуки, но и мы сами. Однако... Со временем я перерос свои иллюзии и, признаться, не хотел бы, чтобы моих детей постигла та же участь”. А что может заставить вернуться домой?

— Спасибо за вопрос — ответив на него, я наконец смогу расставить все точки над “i” и, возможно, остановить поток не соответствующей действительности информации, муссируемой в прессе. В частности, просочилась информация, мол, я уже не выдержал, опустились руки, и вынужденно уехал: нет, я всегда все выдерживал, более того, я всегда жил здесь, никуда не уезжал. Вы абсолютно правы, и в той нашей беседе, и в других интервью я подчеркивал, что пошел на такой шаг исключительно ради будущего своих детей, в частности сыновей, которые с детства проявляли интерес к сфере кино. И дело не в том, что у нас плохое образование, а там хорошее — я этого не говорил. Просто выбранным моими детьми профессиям лучше обучают в Штатах или той же Канаде, нежели у нас. Этим странам в свою очередь есть много чему поучиться у нас — это нормально.

За эти годы мой старший сын закончил Toronto Film School по профессии cinematographer — это и оператор, и свето- и цветоустановщик, и монтажер, словом, оператор-постановщик, и ныне работает по специальности в компании Yahoo. Младший сын еще учится в школе, но грезит профессией актера. Я же, все это время находясь там, не прекращал работу в здешних проектах, как и прежде. И говорить, что я уехал или вернулся — неверно. Я не возвращался в Армению, потому что не покидал ее.

— Одним из проектов был телеконкурс “Голос Армении”...

— Я закончил работу не только над “Голосом Армении”, но и полнометражным анимационным фильмом “Анаит”, проектом IMAGINE, где известная песня Леннона представлена, скажем так, в моем армянском видении, в армянской интонации, далее — четыре полнометражных фильма и многое другое...

Также готовится мега-проект, направленный на укрепление нашего ID, нашей национальной самоидентификации. Премьера проекта, равно как и песни на “Евровидении”, состоится в мае — до этого предпочитаю не давать каких-либо разъяснений как по первому пункту, так и по второму. Начинается обширная пиар-кампания, и любая информация может по-разному отразиться на этих проектах. Посему до мая завесу таинственности приоткрывать не будем...

— Тогда поговорим с джазменом. Армянский джаз успел полюбиться за эти годы не только у себя на родине, но и стал признанным брендом на мировом джазовом рынке. В чем же секрет популярности армянского джаза? В чем его неординарность, на ваш взгляд?

— Джаз не имеет определенной национальности. Говоря “армянский джаз” или, допустим, “французский джаз”, мы, скорее всего, имеем в виду исполнителей, привносящих свои национальные элементы. В нашем джазе — это прежде всего наши традиционные инструменты и своеобразное музыкальное мышление.

Импровизационность исполнителей народной музыки, на мой взгляд, идентична мышлению джазовых музыкантов. У наших народников — профессиональных музыкантов — музыка плавно течет и в то же время несется на крыльях из тональности в тональность. Эти музыканты, особенно исполнители на духовых народных инструментах, славятся богатством средств выразительности, что так же зажигает меломанов, как и джаз. Мне, как и многим моим коллегам, удалось соединить их, и получился интересный гибрид, который можно называть “армянским джазом”.
        — Действительно, характерной чертой Мартиросяна-композитора и аранжировщика является равнодольное участие в композициях элементов джаза и национальной народной музыки. В этом свете интересна ваша оценка состояния национальной культуры Армении на сегодняшний день.

— За последние годы жизнь в Армении круто изменилась: независимость имела как положительные, так и отрицательные последствия для нашей культуры. Вседозволенность открыла дорогу серости на сцену и телеэкраны. Это весьма пагубно отразилось на музыкальных вкусах населения. Что будет дальше?.. Надо работать, поднимать нашу культуру, прививать ее нашим детям сызмальства. Уж позволю себе “проговориться”, но проект, над которым мы сейчас работаем, посвящен как раз этому. Нельзя все время сетовать на отсутствие законности, возможности нормально жить и т.д. Надо работать, народ должен быть занят, человек должен трудиться и видеть конкретную пользу от своей работы — как для страны, так и, конечно, для себя. А пройдите по нашим улицам — огромное количество людей в кафе, на улицах, и все это в рабочее время! Как же так?

Что касается культурного пространства, я, разумеется, не сторонник всяких худсоветов и т.д.. Единственное мое пожелание — предоставить больше возможностей талантливым композиторам, исполнителям, потому что серость, как известно, пробьется сама. Таланты нуждаются в государственной поддержке — вот на это действительно стоило бы обратить внимание.

— А что сегодня происходит в сфере шоу-бизнеса?

— В сфере, не имеющей рынка, естественно, и ожидания минимальные, как и в промышленности или торговле. С другой стороны — теперь уже я вспомню нашу прошлую беседу: мы говорили об арабизации, мусульманизации нашей музыки — сегодня большие страны диктуют свою волю, переписывая по-своему все, включая и историю. Раньше у нас были энциклопедии, из которых мы черпали информацию. Сегодня есть Википедия, куда всяк имеет право вносить свои данные и более того — поправки к чужим статьям! В итоге история пишется странами, имеющими большее влияние, доминирование — вот и все. Как противостоять? Не надо ни с кем воевать, никому ничего доказывать — надо воспитывать свою нацию, инъектировать с младых ногтей в наших детей армянскую культуру, армянский дух. Пускай ребенок потом будет слушать испанскую музыку или мугам — запретить ему этого никто не вправе, — но армянская музыка будет для него родной всегда. Вот в чем дело. Нам надо укреплять свою страну — изнутри, ментально!

— Вы так осторожно говорите о предстоящих проектах, что уж и не знаю — имеет смысл спросить о дальнейших творческих планах?

— Имеет... Работаю над музыкой к фильмам — режиссер Мгер Мкртчян, буду писать новые произведения, участвовать в разных проектах. Вообще 2014 год был самым продуктивным для меня! Надеюсь, и в этом году поработать на славу. Я оптимист и верю в скорейшие улучшения как в области культуры, так и в нашей жизни в целом. Потому стоять на месте не могу — и никогда не мог. Потому повторю то же, что и сказал вам в прошлой беседе относительно творческих планов — все как всегда: работа старая — песни новые... Так и живу.

P.S.

Напомним, в этом году конкурс “Евровидение” пройдет с 19 по 23 мая в Вене. В нем примут участие представители 39 стран. Вперед, Армения!

  

Рубен Пашинян, «Новое время»

Херби Хенкок в Ереване!

     20 ноября в Национальном академическом театре оперы и балета состоится долгожданный концерт живой легенды американского джаза, обладателя 14 премий “Грэмми”, всемирно известного композитора и пианиста Херби ХЕНКОКА!

Наши гости — организаторы концерта: директор продюсерской компании One production Вардуи ДАВТЯН и человек, “заразивший” всех идеей этих гастролей, известный армянский джазмен Левон МАЛХАСЯН.

— Самый напрашивающийся вопрос: как же вам все-таки удалось?

Вардуи Давтян: — Действительно, это было очень трудно. Многие пытались сделать это до нас, но, увы, тщетно. Так что когда мы сообщили Левону Малхасяну, что Херби дал предварительное добро, он долго отказывался верить в это. Далее — полгода переговоров, и в итоге Хенкок, наконец, согласился начать свое европейское турне в Ереване. После Армении Херби и его бэнд выступят также в Италии, Люксембурге, Хорватии, Сербии, Чехии, Австрии и Швейцарии. У нас Хэнкок выступит с известными исполнителями Винни Колаутой (ударные) и Джеймсом Генусом (бас).

— Ваша компания официально “родилась” в этом году, но это уже далеко не первый проект, не так ли?

В.Давтян: — Совершенно верно. Наша компания основана 1 июня сего года, зарегистрирована в августе, но за эти три месяца мы успели организовать в Ереване концерты замечательной джазовой певицы Татевик Оганесян, затем — гастроли блеснувшего на телешоу “Голос” Андрея Давидяна и его группы Sound Cake, а также — международный проект-концерт с участием саксофониста Чико Фримена, певицы Ла Вел и джаз-трио Ваагна Айрапетяна.

— Гастроли Галкина, Безрукова, Аллегровой и т.д. анонсируются у нас чуть ли не за год, причем весьма активно. О визите же Херби стало известно чуть ли не перед самым концертом — в чем причина?

В.Давтян: — Организовать концерт не менее сложно, чем достигнуть договоренности о его проведении. К примеру, первой строчкой в райдере музыканта большими буквами был указан рояль марки Fazioli. Что делать? Такового не оказалось не только в Армении, но и во всем регионе. Начались непростые переговоры с компанией Fazioli, в результате — глава компании пошел на уступку, разрешив использовать в виде исключения инструмент марки Steinway. Ну и, наконец, финансовая часть: во-первых, надо было достать эти средства, а во-вторых, рекламную кампанию разрешалась начать лишь после перевода половины указанной музыкантом суммы на счет представляющей его компании. 20 октября мы смогли это сделать и начали анонсировать предстоящий концерт.

Добавьте подпись

Левон Малхасян: — Что касается массированности рекламы, в нашем случае таковой особенно и не требовалось, ибо не думаю, что Херби в ней нуждается. Билеты на концерт раскупаются с космической скоростью, люди собираются приехать сюда из-за рубежа, чтобы послушать любимого музыканта. Открываются новые чартерные рейсы. Сюда приедут также гости из Грузии, даже мэр Риги готовится посетить концерт...

— А кто же оплачивает предстоящий “банкет” и какова стоимость билетов?

Л.Малхасян: — Основными спонсорами концерта стали “Росгосстрах”, “Ардшининвестбанк” и Ucom. Они, можно сказать, первыми протянули нам свою “финансовую руку”. Это коммерческий проект — без участия государства.

В.Давтян: — Билеты стоят от 20 до 70 тысяч драмов — это контролируется нашим партнером: цена не должна превышать 200 евро. Понятно, для многих наших граждан, ценителей джазовой музыки, плата за радость общения с кумиром, мягко говоря, не самая дешевая. Но каково же было наше удивление, когда многие из них изыскали возможности и сами приобрели билеты, в то время как платежеспособные товарищи, зачастую не особо и тяготеющие к джазовой культуре, вдруг стали активно обращаться к нам за пригласительными. Вот такой вот расклад...

— Концерт по традиции продолжится в джаз-клубе “Малхас”?

Л.Малхасян: — Хотелось бы на это надеяться... Знаете, может, я вас удивлю, но я так долго шел к этому дню — почти семь лет, — что пока своими глазами не увижу Херби, спускающимся по трапу самолета, не поверю в то, что нам удалось его привезти в Армению.

Кстати, аналогичная ситуация была и с Чиком Кореа. Ребята с Первого канала приехали, чтобы снять музыкантов в аэропорту и сразу пустить сюжет по “Новостям”. Оператор снимает и спрашивает меня: “Ну как — можем давать информацию?” Я отвечаю: “Да нет — рано: не видите, его самого не видно пока...” Тот аж побелел. В конце концов Кореа вышел — последним. Поздоровались, обнялись...

...Надо сказать, переписка с Херби началась даже чуть раньше. Напомню, он был избран послом доброй воли ЮНЕСКО, и одним из первых его действий стало учреждение Всемирного Дня джаза, который музыкант предложил праздновать ежегодно 30 апреля. Мы активно это дело поддержали, и вот уже третий год проводим 30-го открытые концерты на Каскаде. Как же я был рад и удивлен, получив лично от Хенкока благодарственное письмо, в котором он высоко оценивает нашу деятельность.

— За восемь лет существования вашего джаз-клуба в нем побывало много именитых джазменов. Чье посещение особенно дорого?

Л.Малхасян: — Эл Джеро, безусловно. Он был в восторге от всего увиденного и даже спел с нашим Арамо. Хотя ни он, ни Чик Кореа, ни тем более Джордж Бенсон и представить не могли, что в этой маленькой горной стране так много профессиональных джазменов. Позже в одном из интервью Бенсон так и сказал: “За армянский джаз я спокоен!”

— И напоследок, какие планы на будущее — кто будет следующим гостем?

В.Давтян: — Не хотелось бы говорить о проектах, в которых пока не достигнуто даже пятидесятипроцентной договоренности, но могу с уверенностью сказать, что мы планируем каждый месяц привозить сюда кого-то из известных музыкантов. И не только джазменов — представителей разных музыкальных жанров.

Л.Малхасян: — Что же касается джаза, надеемся, будущей весной привезти сюда состав выдающегося джазового музыканта, композитора Маркуса Миллера. Он недавно выступал в Грузии, куда я делегировал своих друзей с целью установки контактов с музыкантом. Кстати, там же с ними произошел весьма анекдотичный случай. После концерта они попытались определить по навигатору местоположение тбилисского джаз-клуба в надежде встретиться там с Миллером. Каково же было их удивление, когда определитель выдал, что ближайший джаз-клуб находится в трехстах километрах от Тбилиси. Догадываетесь, как он называется?.. 

В.Давтян: — Точно: все джазовые дороги ведут в Ереван, к Малхасу. И Херби Хенкок тоже не смог избежать этой “участи”... Так что до встречи на празднике джаза, друзья!

Рубен Пашинян, "Новое время" 

«Джаз — уже народная армянская музыка!»

     Фурор! Шок! Довольно сложно как-либо иначе охарактеризовать потрясающее выступление нашей соотечественницы, солистки группы Miraif, участницы многих джазовых фестивалей Мариам Мерабовой в российском телешоу «Голос». Наш зритель успел уже познакомиться с ней в рамках фестиваля "Неделя Музыки в Ереване", а еще раньше Мариам поддержала своим участием  Еву Ривас, великолепно выступив с ней на "Евровидении". «Вы сформировавшаяся джазовая певица, вас знают и любят ценители джазовой музыки как в России, так и за ее пределами,  — что же заставило вас появиться на телешоу "Голос"?» — так началась наша интернет-блиц-беседа с Мариам МЕРАБОВОЙ.

— Конечно же, не желание соревноваться! Всего за час после показа, набралось более 80 000 просмотров моего выступления. До этого момента меня знали, но сейчас это совершенно другое. Я просто захотела спеть для более широкой аудитории! Я захотела пойти на единственный музыкальный проект на нашем телевидении, который открыл свои двери для достойной музыки и исполнителей. Могу сказать, что это самый честный проект, который я знаю!

— Это был далеко не первый ваш выход на высокую сцену, тем не менее, было видно, что вы очень волнуетесь, …

— Это состояние ни с чем не сравнимо! Я выходила на разные сцены мира, от клубных до стадионных, но конкурс, это состояние растерянности, когда наставники не оборачивались ко многим совершенно достойным, ответственность перед своими поклонниками, которые "болели" — это шаг в пропасть! Вибрации сумасшедшие! Но после двух тактов я полетела! И волнение сменилось невероятным впрыском адреналина!

— Поговорим о наставниках. Вы достигли в джазовой музыке тех высот, что не совсем обычно видеть вас в роли ученика. Вы ведь и сами преподаете, не так ли?

— Да, я преподаю и могу сказать, что это меня саму продолжает образовывать. Так что, мои ученики в какой-то мере и мои учителя. Мы все в жизни друг для друга учителя. Кто-то это понимает, а кто-то продолжает обижаться… Выбор Леонида Агутина обусловлен безоговорочной любовью к его творчеству! Глубокий, принципиальный музыкант. И мало кто знает, что он пишет совершенно изумительные стихи. И сейчас, когда работа в проекте продолжается и мы уже начали репетиции следующих номеров, я  вижу, чему мне придётся ещё научиться. Леонид мастер нестандартных решений и во втором туре вы это увидите!

— Кстати, вы в курсе, что он проходил армейскую службу в Армении?

— Да, про службу Агутина я в курсе: он сам рассказал, добавив, что армяне, как видно, его карма…

— Кроме более широкой аудитории, что вы еще ждете от этого проекта?

— Я просто плыву по течению и наблюдаю за собой и за тем, что меня окружает. Я ничего не ожидаю, кроме новых интересных проектов. Жду, что через этот проект, люди смогут узнать об авторском инструментальном проекте моего мужа, пианиста Армена Мерабова. Это музыкант и композитор, который, поверьте, заслуживает большего внимания, чем я. Просто так уж устроено, что певцам достаётся большее внимание… Я жду, что наш проект Miraif узнают многие, и мы сможем поделиться нашей авторской музыкой и, в частности, программой "Джаз на русском", где я ещё выступают в качестве автора слов.

— Андрей Давидян выступил в "Голосе" и сейчас едет к нам с концертами. А как скоро ждать ваших выступлений в Ереване?

— Для нас каждое выступление в Ереване и встреча с армянским слушателем это счастье! Не секрет, что это особенная публика! не забуду реакцию Эл Джерро после своего ереванского концерта: он без устали повторял: "Они не просто пели со мной, я слышал, как некоторые пропевали линию баса!" Всем известно, Ереван всегда славился своей любовью к джазу. А сегодня можно с уверенностью сказать, что джаз это уже народная армянская музыка!

Полное выступление Мариам Мерабовой на телешоу "Голос": 
https://www.youtube.com/watch?v=qZ_KmzkIlZY 

Мариам МЕРАБОВА: "Надо не родственников финансировать, а приглашать на мастер-классы Мастеров!"

            В рамках фестиваля "Неделя Музыки в Ереване", организованном режиссером и шоуменом Эмилем Каратом и продюсером Зарой Мхеян, с большим успехом прошел концерт группы Miraif. Нам удалось побеседовать с солисткой группы, одной из самых востребованных исполнительниц Москвы, участницей многих джазовых фестивалей Мариам МЕРАБОВОЙ.

— Мариам, вы родились и выросли в Ереване. Каковы ваши впечатления от Еревана сегодняшнего?

— Чувства смешанные, честно говоря... Я родилась и жила на улице Туманяна. Радость и счастье от того, что я снова хожу по этим улицам, дышу этим воздухом, вижу эти здания и могу прикоснуться к стенам из любимого туфа! Но мне очень обидно за снос исторических зданий на ул. Абовяна, обидно видеть совершенно чудовищные новоделы в центре города и совершенно заброшенные районы, которые с каждым годом все хуже и хуже выглядят. Молодежи и "новым" ереванцам это не видно настолько, насколько это очевидно для коренных жителей. Увы, это обычное явление не только для Еревана, но и для Москвы, Тбилиси и других городов. Мы являемся свидетелями большой миграции народов.

...Я прожила в Ереване до восьми лет, училась в музыкальной школе им. Чайковского по классу ф-но у Аиды Саакянц — жены великого музыканта и руководителя Камерного оркестра Армении Заре Саакянца и мамы известной всем Сати Саакянц. В Москву мы с мамой переехали в 1980 году. С моим будущим мужем и основателем группы Miraif мы познакомились на первом курсе Гнесинского колледжа. За эти годы основной состав группы практически не изменился.

— Не так давно вы поддержали представительницу Армении на "Евровидении" Еву Ривас, великолепно выступив с ней. Сегодня много говорится о "ценности" этого конкурса. Считаете, Армения должна продолжать участвовать в нем?

— В конкурсе нет ничего плохого, так как внутри царит безупречная работа профессионалов, прекрасная атмосфера и, наконец, появляется множество контактов со всей Европы. У Евы была прекрасная команда на сцене — Дживан Гаспарян, Гор Суджян, Тигран Петросян, а песню написал замечательный композитор и на тот момент руководитель Государственного джаз-оркестра Армении Армен Мартиросян. Да и Ева сама выступила совсем неплохо, учитывая всю ответственность и волнение. Во всяком случае две недели нашего пребывания в Осло она была одной из самых привлекательных персон для журналистов. Все отметили национальную нить в песне!

На мой взгляд, Армения должна участвовать в конкурсе — это хороший подарок для армянской диаспоры в разных странах.

— Вы много выступаете и имеете возможность сравнивать аудитории. Чем отличен ереванский зритель?

— Я до сих пор под впечатлением от прошедшего концерта. Зрительный зал просто покорил своим приемом и любовью! Я перед концертом страшно волновалась, но 2,5 часа пролетели незаметно!

Что касается ереванского зрителя, не забуду реакцию Эл Джерро после своего ереванского концерта: он без устали повторял: "Они не просто пели со мной, я видел, как некоторые пропевали линию баса!" Всем известно, Ереван всегда славился своей любовью к джазу.

— Как прошла встреча с ереванскими коллегами? Все произошло по-джазовому, импровизационно, не так ли?..

— Конечно, мы прилетели заранее, чтобы у нас была возможность прорепетировать. К нам пришли не просто друзья, а изумительные исполнители, перед каждым из которых я снимаю шляпу! Армен Уснунц исполнил произведение Армена Мерабова, написанное специально для него, и сделал это совершенно космически! Ева и Гор Суджян принесли с собой юность и Божественный дар, а Тигран Петросян баловал всех нас высочайшим уровнем исполнительского искусства.

...Жаль, что накануне произошла некрасивая ситуация с Левоном Малхасяном и недопонимание с Ваагном Айрапетяном, но на концерт это никак не повлияло.

— Действительно, что их не было... Но вечер был просто великолепный! Возвращаясь к зрителям, особо хочется выделить бабушку Марго, которая сидела в партере и на протяжении всего вечера вырезала из бумаги голубок и лебедей и раздавала детям...

— Это невероятная история! Как жаль, что я не знала об этом во время концерта — я бы поцеловала ей руки.

— То, что она делала, тоже был Джаз, не так ли?

— Это можно назвать Добром, Любовью, Счастьем! И, конечно, Джазом, так как такой импровизации никто не ожидал!

— Глинка как-то сказал: "Музыку создает народ, а мы, художники, только ее аранжируем". Некоторые наши "художники" почему-то предпочитают аранжировать музыку соседей, облекая все это дело в низкопробную армяноязычную пародию под названием "рабис". Сегодня рабис можно найти во всем — живописи, скульптуре, архитектуре — новоделы в городе, с которых началась наша беседа, тому подтверждение. Каково ваше отношение к этому явлению?

— Честно говоря, я очень опечалена этим фактом. Настолько очевидно, что в общей массе культурный уровень конкретно снизился. Исполнители рабиса собирают огромные залы, в то время как остальная музыка находит своего зрителя в меньшинстве. Такого не было раньше! Я помню филармоническую публику Еревана, я помню лица — умные и красивые...

Сейчас даже на внешнем уровне очевидна деградация: в Москве ежегодно проходит пафосное награждение Armenian Musik Awards, а до этого проходил "Ташир". Эти мероприятия активно пропагандируют дурновкусицу, совершенно игнорируя достойных исполнителей разных стилей. Про классику я вообще молчу...

— Какова, по-вашему, должна быть позиция страны на этот счет?

— Государственные деятели должны понять, что самое главное достоинство страны — это ее люди. Если не заниматься воспитанием ребенка, то родителям вскоре придется краснеть за него перед всем миром. Так же и с народом. Культуру надо воспитывать, культивировать, тем более что наша земля богата талантами! Надо поддерживать на государственном уровне образование, театры, художников, музыкантов... Финансировать не родственников, а интересные проекты, посылать на всемирные фестивали, приглашать на мастер-классы знаменитых Мастеров!

— Вы сегодня живете и работаете в России. А что может убедить вас в резонности возврата на родину?

— Я часто думала об этом... В ментальном поле, в котором сейчас находится наше общество, я существовать не смогу. С болью узнала, что скоро еще два достойнейших музыканта собираются покинуть Ереван. Для них это очень сложное решение, но единственно возможное, чтобы продолжить творчество. "Никому ничего не надо" — так можно охарактеризовать нынешнее состояние. Даже если правительство постарается переманить всех, кто может послужить на благо родине, сегодня мало кто отзовется, так как вера подорвана. У власти должны стоять культурные люди и тогда им не придется доказывать необходимость верить им.

— Вопрос от читателя "НВ": что бы вы попросили у золотой рыбки?

— Я бы попросила стереть из памяти у людей все обиды, вернуть им веру и радость от того, что можно делиться. Для себя я попросила бы джазовый колледж, где собрала бы достойнейших музыкантов для передачи следующим поколениям их мастерства.

— И напоследок, когда планируете следующий концерт в Ереване? 

— Очень жду скорейшего возвращения в Ереван! Зависит это не от нас, но мы в своем графике отметем все ради гастролей на Родине. А зрителю желаю и дальше оставаться таким же открытым и доброжелательным.

Сегодня ты играешь джаз, а завтра — кандидат искусствоведческих наук!

          Музыка толстых”, как говорили большевики, довольно популярна в Армении, не говоря уже о том, что многие из наших джазменов откровенно именуют свою музыку “армянским джазом”... А с чем его едят? И существует ли он вообще или, как в известном анекдоте о Рабиндранате Тагоре и ваучере: все очень уважают, но никто не может толком объяснить, что это?..

Считается, что он появился в Армении 75 лет назад, когда по радио впервые прозвучала джазовая композиция в исполнении оркестра под управлением Артемия Айвазяна. Бытует также мнение, что армянский джаз существует с тех пор, как армяне стали вообще исполнять подобную музыку. Как бы то ни было, армянский джаз успел полюбиться за эти годы не только у себя на родине, но и стал признанным брендом на мировом джазовом рынке.

В чем же секрет популярности армянского джаза? В чем его неординарность? И, наконец, кто же тот смельчак, что осмелился не просто заговорить на эту тему, но и представить свои умозаключения в виде диссертационной работы “Джаз в Армении”? Впрочем, особо представлять его не надо — это заслуженный деятель искусств РА, доцент Ереванской Госконсерватории Армен “Чико” ТУТУНДЖЯН.

Талантливый музыкант, один из столпов легендарного “брюсовского” джаз-трио, основатель группы Chico&friends Армен Тутунджян уже давно и плодотворно работает над изданием книги об армянском джазе. И очень правильно, что он решил представить свои изыскания, умозаключения в этой области в качестве диссертационной работы. Руководителем работы стал профессор Госконсерватории им.Комитаса, кандидат искусствоведения композитор Михаил Кокжаев. “Работа Тутунджяна относится к числу наиболее актуальных, поскольку исследований в областях музыкознания, связанных с жанрами джазовой музыки, у нас очень мало, — считает Михаил Артемович.

— Армен Тутунджян — создатель учебника “Ритм и движения”, а также автор готовящейся к изданию книги о становлении и развитии джаза в Армении, опираясь на большой собственный опыт исполнителя и широчайшую информацию об истории формирования армянского ответвления джаза, весьма профессионально отнесся к замыслу своей диссертации “Джаз в Армении”. Она осуществлена обстоятельно и, не скрою, мне, человеку, имеющему некоторое отношение к джазовой музыке, чрезмерно интересна. Да и в целом, интерес к развитию джаза в поле национальной музыкальной культуры огромен. Достаточно отметить, что концертных площадок, на которых звучит джаз — отечественный и зарубежный — множество. Весьма значительным выглядит число громких имен армянских джазовых музыкантов, прославивших себя и нацию за пределами страны.

Необходимость углубления исследования феномена национального джаза очевидна, и не только в плане исторических исследований, но и в плоскости фундаментальных исторических изысканий. За многие десятилетия развития джазовое искусство Армении обогатилось самобытной ритмикой и интонационностью, восходящей корнями к многовековой армянской традиции, высокодуховной и совершенно уникальной по характеристикам музыкальной выразительности. Между тем внимания, уделяемого музыковедами этому пласту национального искусства, явно недостаточно. Это несомненный пробел в нашем музыкознании, и я надеюсь, что диссертация Тутунджяна станет первой в серии исследовательских работ об особенностях армянского джаза.

...Кстати, как пообещал сам “без 5 минут кандидат”, книга “Джаз в Армении” скорее всего выйдет под занавес этого года. “Целью моей работы было выявление сугубо армянского джазового фактора, а не околоджазовой армянской музыки, — говорит он. — Если б я писал чисто научную работу о джазе, то начал бы не с 1938, а с 1956 года. Но! Надо отдать должное тем, кто стал предтечей армянского джаза, кто создал необходимую почву, на которой взошли те плоды, которыми восхищается сегодня, не побоюсь этого слова, весь мир.”

Отдельную главу как в диссертации, так и в готовящейся книге Тутунджяна занимает так называемый “блокадный” армянский джаз. “Джаз звучал в Армении, не прерываясь, как в блокадные годы, так и ныне — вне зависимости, считают ли наши музыканты армянским джазом то, что играют или нет, — продолжает Тутунджян. — И, конечно же, независимость позволила джазу выйти из домов, перенестись на площадки, стать, наконец, одним из средств заработка... Что же до интернациональности нашего джаза, то сам этот жанр требует тотальной и безоговорочной самоотдачи от музыканта, и каждый из них, погружаясь в бездонный мир этой чарующей музыки, привносит в нее кусочек себя. В этом и заключается волшебство джаза: каждый, играя джаз по-своему, понятен другому исполнителю...”

Ну что ж, нам остается лишь поздравить нашего дорогого Чико и еще раз отметить, что джаз — одна из самых уникальных платформ не только для музыкального, но и международного общения. И стоит лишь гордиться тем, что мы умеем общаться на этом языке — да так профессионально и самобытно, что даже другие народы по праву называют его АРМЯНСКИМ ДЖАЗОМ!

Армянская флейта на Одесском джаз-фестивале!

           Впервые в мировой практике джазовых фестивалей в финале I международного фестиваля-конкурса джазовой импровизации Master-Jam Fest 2013 в Одессе встретились более 40 ярких импровизаторов из 16 стран. Одним из лауреатов фестиваля стала флейтистка-импровизатор из Армении Нелли МАНУКЯН.

— Нелли, давай по порядку — как ты дошла до жизни такой?

— Ну начнем с того, что я из музыкальной семьи, и мое будущее с детства как бы было предопределено: мама — пианистка, папа — саксофонист-флейтист Константин Манукян, брат музыкант, композитор. Музыку полюбила с детства. С 4 лет стала пробовать играть на пианино, а с 8 — на флейте. Окончила школу им.Чайковского по классу фортепиано, затем Ереванскую Госконсерваторию — фортепиано и духовое отделение, после чего поступила в аспирантуру на отделение камерного ансамбля.

— А как же джаз? Кто “заразил”?

— Джазом я “болею” с детства, но серьезно стала заниматься с 98 года. Мои первые шаги как джазовой флейтистки прошли под руководством известного американского джазового пианиста Армена Донеляна. Мне посчастливилось попасть на его мастер-класс. Он послушал меня и спросил, как долго я импровизирую. Я ответила, что сегодня это было впервые. Он удивился и... стал со мной заниматься, развивать мое “ухо”, джазовое мышление. Так я окончательно “провалилась” в джаз.

— А кумиры были?

— Многие флейтисты без ума от группы Jetro Tull, Иэна Андерсона — первого рок-музыканта, использующего регулярно флейту. Я, видимо, исключение из правил — старалась равняться на Роберта Лоуза, Джейса Муди, Джо Фаррелла...

Мне посчастливилось разделить сцену с такими музыкантами, как Бобби Санабрия, Армен Донелян, Гарнер Томас, Рик Тейлор, и др.

— То есть джаз, и точка?

— Ну почему. Помимо джаза, для меня существуют джаз-рок, прогрессивный рок, фьюжн, бразильский джаз и латино. Даже пытаюсь что-то писать сама.

— Ну а как попала на Master-Jam Fest?

— Самым обыкновенным образом — прочла объявление в интернете о международном джазовом фестивале и подала заявку. Сначала прошла первый этап — попала на фестиваль, а потом оказалась в списке 43 финалистов.

— Председателем жюри фестиваля был знаменитый джазмен Анатолий Кролл. А кто еще входил в судейскую коллегию?

— Главой оргкомитета являлась Елена Ханга. В жюри также были создатель и худрук Одесского биг-бэнда Николай Голощапов, композитор Валерий Гроховский, замечательный музыкант Владимир Тарасов, знаменитый историк джаза Владимир Фейертаг, глава джазового отделения Страсбургской консерватории, руководитель новаторского коллектива Jazztett и неутомимый джазовый экспериментатор, французский музыкант Бернар Струбер и другие.

— А среди конкурсантов были другие музыканты из Армении?

— Да, конечно. Саксофонист Давид Мелконян, пианист Карен Мамиконян и тарист Микаэл Восканян. Они также набрали много голосов.

— Сколько дней проходил конкурс-фестиваль? Сколько было туров?

— С 5 по 8 июня. Было три тура: в первый день мы импровизировали в стилях мейнстрим и би-боп, во второй — баллада и джаз-рок, а в третий — латино и фьюжн. Ну и вот что из всего этого получилось...

— Одесситы узнали флейтистку Нелли Манукян, однако ереванский зритель знаком с тобой давно...

— Да, я уже три года играю с Вааном Арцруни и задействована в его разных музыкальных проектах: от камерного “Комитас. Десять Откровений” до проекта прогрессивной музыки ARTSRUNI-new acoustic band..Кстати, 24 июля в InRock Music Club состоялся наш уже 16-й по счету концерт. Полный аншлаг!

Сотрудничество с Вааном началось с его проекта “Комитас. Десять Откровений”, концерт состоялся в культурном центре “Гафесджян”. После этого он восстановил свой проект прогрессивной музыки, в который, помимо меня, конечно, вошли гитарист Вардан Гаспарян, ударник Левон Ахвердян, басист Артур Молитвин.

Мне очень нравится работать с этими людьми, получаю огромное удовольствие от нашего сотрудничества. Вот так благодаря Ваану я приблизилась к жанру прогрессивный рок...

— На правах ликбеза: а что такое прогрессивный рок?..

— Есть такое мнение, что джаз — это презрительное отношение к нотам. Так вот прогрессивный рок — это интеллектуальное отношение к року: не “шумозвуковой”, а более профессиональный подход к рок-музыке.

— То есть встреча с Вааном оказалась, скажем так, роковой?..

— Нельзя сказать, что моя “музыкальная ориентация” сменилась с этого времени. Напротив, я пытаюсь синтезировать в своем исполнении джазовые элементы с роковыми. Я играю так, как чувствую — как дышу! Ну а что из этого получается, судить уж не мне. Думаю, главное в любом деле — не изменять себе. Как говорится, сделай шаг, и дорога появится сама собой. 
            — Ну и напоследок пару слов о творческих планах. 

— Весной по приглашению Анатолия Кролла отправлюсь в Москву, где вместе с другими финалистами Одесского фестиваля приму участие в его новом проекте. В Ереване все мои планы связаны с Вааном Арцруни. Так что, думаю, еще увидимся!