Рубен ПАШИНЯН: «НАШ НАРОД РЕИНКАРНИРОВАЛ МНОГОКРАТНО»

В Лондоне состоялся творческий вечер армянского писателя, журналиста, актера и режиссера Рубена Пашиняна, организованный литературным клубом «Глагол». Вечер прошел в атмосфере, свойственной европейским арт-салонам. Были представлены книга «Разнобой» и фильм «Сынок, а где Евфрат?», известные в определенных кругах не только армянской, но и российской, американской общественности.
КАК ОТМЕЧАЕТ РУБЕН, ОН ДАВНО ГОРЕЛ ЖЕЛАНИЕМ ВЫНЕСТИ СВОЕ ТВОРЧЕСТВО как часть современного армянского искусства на широкие культурные просторы и познакомить с ним камерную аудиторию. Ведь чем больше стран значатся в послужных списках отечественных деятелей искусства, тем более широкие круги неармянской общественности узнают об Армении, ее культуре, наследии и достижениях наших дней.
Вечер был организован председателем клуба «Глагол» Валентиной Коркоран – другом и коллегой Рубена Пашиняна, что стало для него неожиданным и приятным подарком. О книге «Разнобой» – 6-ом по счету литературном сборнике Рубена, включающем миниатюры, эссе, заметки, афоризмы, рассказы, стихи и пьесы разных периодов, рассказал сам автор. Затем проживающие в Лондоне русскоязычные писатели зачитали фрагменты из сборника, что также стало сюрпризом для писателя. Был показан короткометражный игровой фильм «Сынок, а где Евфрат?», снятый им на основе одноименного рассказа из сборника «Разнобой». Фильм создан к 100-летию Геноцида армян и удостоился ряда призов. Среди них «Будущее без геноцида» МКФ «Ролан» и «Лучшая мужская роль» Кинофестиваля короткого метра Ялты, врученный исполнителю главной роли, известному актеру, Заслуженному артисту Армении Вигену Степаняну.

«Вечер в лондонском клубе «Глагол» прошел в дружеской обстановке и профессиональной атмосфере. Презентация моих двух работ из разных направлений искусства – литературы и кино, стала событием со знаком «плюс». Позитивным было все – от уровня организации вечера и его проведения до участия в нем интеллектуальной, творческой публики, – рассказывает Рубен Пашинян. – Но для меня был и знак «минус»: среди присутствующих не оказалось ни одного представителя Армении или нашего лондонского соотечественника, кроме проживающей в Лондоне именитой пианистки Анаит Чаушян. А ведь мероприятие анонсировалось, были разосланы приглашения в соответствующие структуры, представляющие Армению. Но они, видимо, «не дошли» до адресатов».

НАША БЕСЕДА С РУБЕНОМ ПАШИНЯНОМ, СОСТОЯВШАЯСЯ НА ДНЯХ О ВЕЧЕРЕ В ЛОНДОНЕ, переросла в размышления о ситуации вокруг культурной сферы Армении, которая, по мнению Рубена, оставляет желать лучшего.

– Почему вас удивило/возмутило отсутствие наших соотечественников, в первую очередь, представителей Армении на этом литературном вечере?

– Параллельно с моим событием проходила презентация книги азербайджанского поэта, устроенная в одном из дорогих клубов Лондона при серьезной финансовой поддержке посольства Азербайджана в Великобритании. А вот у наших дипломатических работников не нашлось времени, сил, а может и охоты, посетить мой вечер, организованный моими же друзьями и коллегами. И вопрос тут не в моей личности, а в отношении к своим соотечественникам, которые продвигают Армению и ее культуру на международных платформах, не получая поддержки со стороны государственных структур или получая ее в редких случаях. Этого не происходит с представителями соседней страны и их зарубежными проектами. Скажу более, в Лондоне я увидел группы азербайджанских школьников, посещающие престижные музеи. Это у них специальный проект по развитию поколения. И у меня возник вопрос: почему бы в Армении не проводить школьные конкурсы и не награждать победителей поездками в зарубежные страны и программой приобщения к мировому культурному наследию? К сожалению, мы стали безразличны не только к своему настоящему, но и к прошлому, будущему.

– Вы думаете, что именно наше безразличие и позволяет «соседям» «приватизировать» нашу культуру, наследие, достижения эпох?

– Да, безразличие и неумение правильно «распоряжаться» наследием, отсутствие понимания его ценности и важности в каждом отдельном случае. Не буду говорить за всех, в качестве примера приведу ситуацию с наследием моих предков. Мой прадед Тигран Шамирханян – видный деятель армянского театра, председатель первого Театрального общества в Армении, основатель и художественный руководитель Ереванского ТЮЗа, разработал первый учебник по актерскому мастерству для армянского театра и стал для нас, по сути, тем же, кем был Станиславский для русского театра. Однако если труды Станиславского переиздаются и используются до сих пор, то учебника Шамирханяна практически не существует. Мой дед Эдуард Пашинян – именитый музыковед, педагог, композитор. Он – автор учебников «Гармония», считающегося единственным на армянском языке по этому предмету, и «Полифония», в котором представлена разработанная им теория универсальной суперладовой тональной системы, созданная на основе ладов, свойственных армянской музыке. Его научные достижения, как отмечают специалисты, до сих пор востребованы у теоретиков музыки, педагогов и студентов, но они также остались в единичных экземплярах и потрепанном виде.

– Слушая вас, на ум приходит фраза одного из героев вашего фильма «Сынок, а где Евфрат?»: «Серость и быдло пришли к власти в моей стране и навязывают мне свои законы»...

– Да уж, фраза оказалась пророческой, как и многое в этом фильме. Например, персонаж актера Юрия Игитханяна мечтал побывать в США, и сегодня Юрий проживает там. Журналист Ашот Газазян сыграл роль американского пианиста, и сегодня он с длительным визитом находится в Америке. Страшной оказалась ситуация с «серостью», которая окутала нашу страну и проявляется во всем. Посмотрите вокруг: город «украшают» уродливые памятники и не менее уродливые по содержанию и языку вывески, у памятника Араму Хачатуряну по инициативе мэрии появилось перебитое старое пианино, символизирующее непонятно что, по Еревану проносятся «Нивы», из которых на всю мощь звучит «мугам». Кстати, в Лондоне подобным образом ведут себя именно турки. У каждого лондонца есть по нескольку гаджетов, но люди продолжают читать книги и газеты, причем не только в электронном виде, но и в традиционном, печатном. У нас же из гаджетов большинства граждан также раздаются мугамы, низкопробные шутки и т.д. Ереван окутали уличные музыканты, которые играют невесть что на Площади Республики, у зданий крупных концертных залов и культурных центров. Кстати, в том же Лондоне, да и других городах Европы, уличные музыканты должны получить разрешение у мэрии на свои выступления, представив репертуар!! Мало того, что мы проиграли войну, так в стране продолжается тенденция воспитания поколения пораженцев, чему немало способствуют низкопробные сериалы, вместо того чтобы встряхнуть в верхах себя и начать работу как минимум в информационном поле. Причем так, чтобы правильно подавать наше наследие на международных платформах, в том числе и в сети интернет, а не лить воду на мельницу азерпропа, позволяя ему с издевкой называть нас «древней нацией». Создается впечатление, что скоро придется писать письма в мэрию и ответственное за культуру министерство на турецком языке.

– Каким вы видите выход из ситуации?

– Как говорил в свое время Луначарский, сначала нужно впитать в себя культурное наследие прошлого, а потом насаждать его в массы. Сегодня если дать нашему обществу послушать Вилли Токарева и, к примеру, Шнитке, большинство выберет первого. А ведь правильнее образовывать общество, учить его слушать, думать и понимать умную музыку, живопись, театр, кино и т.д. Даже рассчитанные на широкие массы музыка или сериалы также должны быть сделаны со вкусом, содержанием и эстетикой. Если этого нет, то дальнейших поражений нам не избежать. Но хочется верить, что армянский народ справится с нынешним кризисом, ведь Армения проходила через него не раз, и наш народ реинкарнировал многократно. 18 стран исчезло, чтобы на их территории появилась Турция. А Армения есть и будет, но при условии, если каждый из нас будет вкладывать свой кирпичик в ее цивилизованное будущее. И, конечно, если у руля государства и ответственных за культуру ведомств будут стоять люди, любящие свою страну.

Магдалина Затикян, "Голос Армении", 2024
 

“Я никогда не переставал быть армянином”

С 21 сентября на киноэкранах Армении демонстрируется фильм «Ли-ния». об арцахской войне, человеческих ценностях, дружбе, любви и патриотиз- ме. Переосмыслить жизнь, дорожить ок- ружающими тебя людьми, любить родину — вот основной замысел фильма, пос- вященного 25-летию независимости Армении и, без преувеличений, букваль- но потрясшего армянскую обществен-ность.

Как родилась идея создания фильма? Почему был выбран именно этот формат — если так можно сказать, параллели между войной и любовью? Об этом и не только беседуем с режиссером картины Мгером МКРТЧЯНОМ.

— По правде, передо мной были поставлены очень чёткие задачи со стороны генерального продюсера фильма — Рубена Джагиняна. Он понимал, что ему нужно и в какой форме. Я написал сценарий. Мы периодически встречались и обсуждали. У сценариста есть большой риск — ему нравится всё, что он создаёт. Двойной риск — когда тот же человек является и режиссёром. Поэтому очень продуктивно иметь в противовесе сильного продюсера, разбирающегося не только в финансах, но и в драматургии. Мне повезло.

— Съемки фильма совпали с апрельскими событиями. Отразилось ли это как-то на фильме?

— Конечно. Мы были уже в процессе, когда началась война. И производственно, и эмоционально мы зависели от происходящего в стране.

— Как вы относитесь к тому, что за 20 лет после карабахской войны в кино, в театре «не так уж много» представлено интересных, объективных работ о произошедшем?

— Я не готов судить, были ли достойные работы или нет. У меня другая специальность. Для меня важно, получилось или нет у нас.

— Окончив ВГИК, вы тем не менее долгие годы не имели никакого отношения к кино, работали в коммерческих структурах. Что послужило поводом возвращения в кино?

— Что послужило? Понимание того, что мне не интересно жить. Я ржавею...

— Многие деятели искусства росли и вынуждены были мириться с «тенью своих великих предков», порой прибегая к «демаршам», выбирая совершенно иные специальности. Чем объясняется ваш выбор профессии?..

— Я живу самостоятельно с 17 лет. При всём уважении, но фактор ни знаменитого дяди, ни отца не сыграл на моём пути в кино абсолютно никакой роли. И мой путь — абсолютно самостоятельный. Чем объясняется выбор профессии, я не знаю. Мне нравится что-то создавать. Мне интересны человеческие эмоции. Это своего рода бензин для меня.

— Ваше творческое становление произошло в Москве, в другой культурной среде. Чем объясните то, что в вашем режиссерском почерке нашли отражение лучшие традиции армянского кино?

— За 27 лет жизни в Москве я не переставал быть армянином. Я надеюсь, что во мне комфортно улеглись опыт и уровень российского кино, как и лучшие, как вы говорите, традиции армянского.

    — Ощущаете ли вы себя внутри духовной жизни Армении?

— Я не знаю, что мне будет интересно в жизни завтра. И я не понимаю, что значит — видеть себя внутри духовной жизни Армении. Я либо есть в ней, либо меня там нет.

— Если говорить об ар-мянском кинопространстве, как бы вы охарактеризовали проис-ходящее внутри него?

— Важно, чтобы зритель имел альтернативу. Возможность выбора. Как это есть во всём мире. Как в более понятном мне россий- ском кино.

— Сегодня многие ратуют за восстановление «Арменфиль-ма». Организуются активные группы, общественные организации. Какова ваша позиция на этот счет?

— А что это даст? Сразу появятся хорошие сценаристы в большом количестве? Не «Арменфильм» или «Киноцентр» определяют развитие армянского кино. Нужно создать среду, чтобы было выгодно снимать кино. Нужно создать условия конкуренции, чтобы был спрос на профессионалов.

— Каковы ваши ожидания в связи с перестановками в культурном ведомстве Армении? Какие изменения, на ваш взгляд, необходимы?

— Я искренне верю в компетентность нового министра культуры Армена Амиряна и в его желание что-то изменить. Вопрос не в ожиданиях. Вопрос не в том, чтобы говорить о том, что необходимо. Уверен, он лучше знает. Не нужно лезть с советами. Продуктивнее будет, если просто не будут ему мешать.

— Вы не только сценарист и режиссер, но и продюсер. Помимо этого фильма, есть ли другие творческие планы?

— Планов много. Не знаю, хорошо или плохо стоять перед выбором. Потому что невозможно успеть всё и не терять при этом качества. Невозможно просчитать всё. Особенно, когда это в разных городах. Невозможно в жизни и в работе всё просчитать. Надеюсь, интуиция не подведёт.

  

Рубен Пашинян, «Новое время»

Как искусная красавица Анаит учит царя Вачагана

      Сегодня в кинотеатре “Москва” состоится долгожданная премьера полнометражного анимационного фильм “Анаит” — первого проекта основанной четрые года назад студии “Роберт Саакянц продакшн”. Музыкальная экранизация сказки Агаяна — предновогодний подарок как для детей, так и для взрослых. 
    О новой картине, о традициях мультипликации, заложенных Робертом Саакянцем, и не только беседуем с режиссером фильма Давидом СААКЯНЦЕМ.

— Какие изменения претерпел агаяновский текст в вашей интерпретации?

— Мы сохранили основной лейтмотив сказки: терпеливая и искусная красавица Анаит учит царя Вачагана ремеслу. Ведь в конце концов царь не только должен уметь править, но и творить и созидать, а также любить. Как и любая другая сказка, “Анаит” основана на извечной борьбе добра со злом. Ни политического, ни исторического или религиозного контекста в фильме нет — выбрано условное, нейтральное и позитивное время. Среди действующих лиц также сумасшедший и уязвимый чародей Петрос, а также рожденный из волшебного источника конь Андок, верный пес Занги породы гампр, — говорящие и мудрые, как и положено сказочным зверям.

Основная идея мультфильма — обычные, но подчас отодвигаемые на второй план общечеловеческие ценности: любовь к Родине, к своему народу, друг к другу и, конечно, трудолюбие. Злодеи этой сказки — Азар и Энвер. Кстати, над второстепенными героями мультфильма детально поработали.

— Премьера изначально была заявлена на 2012 году. В чем причина столь длительной задержки?

— Проект осуществлялся исключительно на госсредства, их, увы, было недостаточно, чтобы получить идеальный продукт и уложиться в точные сроки. Тем не менее мы сделали все возможное, чтобы ни по качеству, ни по исполнению, ни по каким иным показателям наш фильм не уступал заокеанским аналогам, и нам не делалось бы скидок на “первый блин”.

— На днях прошел предварительный просмотр, на котором присутствовал весь творческий состав...

— Да, композитором фильма является Армен Мартиросян, им написаны пять песен на стихи Шушан Петросян, Вардана Задояна и... сценарной группы: это Людмила Саакянц — наша мама, автор идеи — Нана Саакянц и ваш покорный слуга. Кстати, диалоги в стихах написал Ваграм Саакян. Поначалу мы пригласили его как знатока армянского языка, дабы выправить возможные “корявости” нашего сценария, ведь у всех нас русское образование. Ваграм — человек, как выяснилось, одаренный многогранно, — предложил идею со стихами и моментально продемонстрировал нам, как говорится, и делом, и словом. Нам это очень понравилось, посему порешили, что так тому и быть. Стихи придали идее большую глубину, значимость, оригинальность.

— С вашего позволения зачитаю титры фильма. Режиссеры мультфильма — Давид Саакянц, Люля Саакянц. Продюсеры — Айк Саакянц, Давид Саакянц, Карен Казарян. Продюсинг компании “Шарм Холдинг”. Авторы сценария — Наира Саакянц, Люля Саакянц, Давид Саакянц, авторы диалогов — Ваграм Саакян, Левон Галстян. Художник-постановщик — Эрнест Мурадян, композиторы — Армен Мартиросян и Вардан Задоян. А вот тех, кто озвучил героев фильма, представьте сами...

— Нашим сказочным персонажам подарили свои голоса и, можно сказать, вдохнули в них жизнь Назени Ованнисян, Хорен Левонян, Рафаэль Котанджян, Шушан Петросян, Грант Тохатян, Мкртыч Арзуманян, Давид Бабаян и Вардан Задоян. А песни прозвучат в исполнении Шушан Петросян, Инги Аршакян, Тиграна Петросяна, Гора Суджяна, Ника Эгибяна, Асмик Карапетян и этнографического ансамбля “Акунк”.

— От человека, чьим голосом говорят мультяшные герои, многое зависит. А как вообще происходит процесс соединения картинки с голосом?

— По-разному. В случае, когда необходима синхронизация речи актера с речью персонажа, речь записывается заранее, то есть актер озвучивает свой текст и на этой основе мы рисуем соответствующее движение губ, языка, челюсти. Это называется липсингом. Есть проекты, где звук накладывается уже после завершения картины, но, конечно, правильнее за основу иметь звук.

— Если не ошибаюсь, это далеко не первая попытка создания полнометражного мультфильма в Армении?..

— Да, пионером был отец: его 60-минутная “Таверна” состояла из новелл, объединенных в один фильм. Вторая попытка — “Давид Сасунский” Армана Манаряна. Наша “Анаит” создавалась по всем канонам современной мультипликации с обязательным акцентом на стиль, созданный Робом.

— Вы всей семьей уже который год отдаете все силы этому проекту...

— Ну почему же все! Параллельно с работой над “Анаит” мы снимаем короткометражки в 3D-формате, этим в основном занимается мой младший брат Айк Саакянц. Его “Квантовый скачок” имел большой успех, получил приглашения аж с девяти фестивалей. У меня есть свои проекты, у сестры свои... Однако главная наша цель — продолжить дело, начатое Робом, отстоять почву, традиции, созданные им, дабы на них затем вырастить достойную смену: талантливых режиссеров, художников...

— Пять лет назад не стало Роберта Саакянца. Конечно, это огромная потеря и говорить об этом можно долго... А правда ли, что вы однажды даже ходили драться вместе?

— Было дело... Отец семейства, проживающего по соседству, явился за полночь и закатил мат-перемат. В итоге Роб, не выдержав, наорал на них — те в ответ матюкнули. Как поступает нормальный армянский мужчина в таких случаях, думаю, объяснять не надо — Роб спустился к ним домой и... навел порядок. Мне повезло в этот день — я был рядом с ним. Таких ситуаций в жизни отца было немало — он не прощал хамства и, будучи правым, мог ввязаться в спор, драку и устанавливать те правила, по которым, он считает, человек должен жить.

...Приходится работать с большей самоотдачей. Работать не только за себя. И в каждом своем шаге, каждом решении ежеминутно, ежесекундно я мысленно обращаюсь к Робу, думаю, как бы он отреагировал, что бы сказал... Вот жаль, что эту сцену он не увидел. А вот тут он точно посоветовал бы что-то изменить. А вот тут бы мы, может, с ним и поспорили... Эта связь с отцом не прерывается. И никогда не прервется.

— Сегодня состоится ереванская премьера фильма, а каковы дальнейшие планы?

— Сразу после премьеры фильм будет демонстрироваться во всех ереванских кинотеатрах. Далее — американская премьера “Анаит” планируется уже 10 января. Так начнется мировое турне “Анаит”: кроме того, что фильм покажут в разных странах мира, он также будет представлен на целом ряде международных фестивалей.

По предварительной договоренности, после дубляжа фильма на русский язык он будет показан в Москве и других городах России. Мы будем работать и над английской версией, несмотря на то что это, как вы понимаете, требует немалых финансовых вложений. Но, как говорится, дорогу осилит идущий... 

Всех нас — и создателей картины, и ее зрителей — хочу поздравить с долгожданной премьерой и наступающим Новым годом и Рождеством Христовым!

          Рубен Пашинян, "Новое время"

Театр без определенного места жительства

       В ереванском ТЮЗе состоялась премьера спектакля “Священный козел” Государственного театра пантомимы. Увы, уже стало привычным, что этот театр представляет свои работы на чужих сценах. Привычным как для зрителей, так и для представителей культурного ведомства, занятых, разумеется, делами куда более важными. “Наш театр пантомимы, основанный в 1974 году, является единственным Государственным армянским театром, который со дня своего основания никогда не имел собственного здания. В Ереване нет такого театра, на сцене которого мы бы не сыграли”, — так началась наша беседа с худруком театра пантомимы, заслуженным деятелем искусств Жирайром ДАДАСЯНОМ.

— Два года назад нам пообещали предоставить, построить новое помещение на Северном проспекте в центре Ереване. Несмотря на то что обещанного, как известно, три года ждут, ничего пока не сдвинулось с мертвой точки... Но мы, как и прежде, работаем, создаем новые спектакли, однако долго так продолжаться не может. В конце концов, у нас тоже есть чувство собственного достоинства, и мириться с тем, что к твоей работе относятся, мягко говоря, наплевательски, уже невмоготу. Тем более когда мне как старшему приходится за все происходящее держать ответ перед молодыми, смотреть им в глаза... Если все будет так продолжаться, я буду вынужден отказаться от занимаемой позиции. “В миру” я заместитель председателя национальной комиссии по телевидению и радиовещанию — ну и что, останусь чиновником. Лучше быть чиновником “с крышей над головой”, чем руководить Государственным театром “на птичьих правах”.

— Ну а какова мотивация — почему проект заглох?

— Да он как бы и не заглох, но в то же время будущее очень мутное. Дело в том, что здание, которое должны были построить на Северном проспекте для нашего театра, перекрывало окна и балконы близлежащего дома. Жителям, естественно, это дело не понравилось. В итоге проект временно заморозили. Теперь рассматривается возможность построения здания в другой точке проспекта...

— Какова позиция Минкульта на этот счет?

— Никакая. Несмотря на то что пантомима из исполнительских искусств является одним из самых “конвертируемых”, и то, что нас периодически приглашают на гастроли в другие страны, где мы, увы, любимы и признаны куда больше, чем у себя дома, несмотря на награды и мастер-классы, которые нас просят проводить, Минкульт считает, что мы не заслуживаем более серьезного отношения.

Если б не Нарек Саркисян — автор проекта Северного проспекта — и его вполне обоснованное желание окультурить проспект, предоставив нам помещение, проект бы вообще давно закрыли. Кому мы нужны кроме себя самих и наших зрителей?..

— Думается, и премьерный спектакль имеет не самое отдаленное отношение к происходящему, учитывая хотя бы название?..

— И да, и нет. Перед началом работы над новым спектаклем я непременно “обнуляю счетчики”, причем как в творческом плане, так и в житейском. Но, конечно, что-то да и “проскальзывает”. Идея спектакля принадлежит моей супруге Анне Ширинян и заключается в том, чтобы, пройдя сквозь века, на примере отдельно взятой общинной группы показать то, что гложет нас сегодня, что как бы и далеко, и в то же время очень близко нам.
С творческой точки зрения мне очень повезло, что мы сошлись в едином порыве с композитором Ваче Шарафяном и художником-дизайнером Шамиром Шаиряном. Изначально задумывалась комическая форма спектакля: ну, по большому, идея стара как мир — в каждом обществе есть некий “священный козел”, отношение к которому меняется в зависимости от происходящего, новых и старых приоритетов, что неизменно приводит к хаосу и т.д. Потом, когда мы стали думать о декорации, о музыке, стали вырисовываться некие иные факторы, которые поступательно тянули спектакль в сторону серьезности и в целом более философского подхода. Шамир умудрился найти самую оптимальную и интересную “картинку” — ведь изначально у нас подразумевался позорный столб на сцене, вокруг которого будет разворачиваться действо. Но в итоге мы остановились на палках, сложенных в форме некого шалаша, затем конструкция трансформируется в древо жизни, затем снова меняется, что дает возможность актерам как бы шагать по воздуху на ходулях. И в заключение, из этих же палок собирается корабль, на котором актеры плывут... в никуда.
Что касается музыки, тот тут вообще отдельная тема — я изначально хотел, чтобы музыка присутствовала не как нечто второстепенное, а существовала даже автономно, звуча не в унисон “картинке”, но гармонично дополняя ее. Ваче написал музыку, наложив ее как бы поверх изображения, акцентируя каждый жест, каждый нюанс происходящего действа. Получилось, на мой взгляд, очень точно. Ну об остальном — судить зрителю...

— Ваше прошлое интервью нашей газете называлось “Дайте нам здание, и мы выйдем на улицу!” Со зданием вроде разобрались, а как же улица?..

— Я так понимаю, вы имеете в виду предстоящий IV фестиваль пантомимы им. Енгибарова в Цахкадзоре. В этом году зрителей ждет очень интересная программа. Помимо показа спектаклей, их ожидают также мастер-классы, не останутся без внимания и маленькие зрители. Для участия в фестивале заявки уже представили театральные труппы из Испании, Франции, Италии, Германии и других стран. Также ожидается участие артистов из Ирана и знаменитого японского актера Макото Иноуе, чье выступление на предыдущем фестивале (2012 г. — Прим. авт.) получило восторженные отклики среди зрителей.

— Каков бюджет фестиваля?

— Вот в этом у нас “завидное” постоянство — 8 млн. драмов. Увы, эта сумма чрезвычайно мала для подобного масштабного мероприятия и не позволяет нам проводить его с тем размахом, с которым хотелось бы. Ведь не столичный, а региональный фестиваль, нацеленный в первую очередь на развитие культурного поля на периферии. В итоге приходится искать — и порой, к счастью — поддержку “на стороне” — спасибо нашим спонсорам.

Но одно неприятно, что к другим фестивалям у Минкульта совершенно иное отношение: тоже стабильное, но в разы “теплее”...

 Рубен Пашинян, "Новое время"

Микаел ПОГОСЯН: "Я надеюсь лишь на нашу генетику!"

       "Наконец в Армении снят фильм, с которым не смогут тягаться даже 100 азербайджанских фильмов", — так оценил картину "Если все..." известный азербайджанский кинорежиссер Рустам Ибрагимбеков. Действительно, уходящий год (да и прошедший) как для картины, так и для его создателей был довольно успешным. Пестрый букет всевозможных призов и наград на престижнейших конкурсах и фестивалях, да еще и номинация в оскаровском лонг-листе!

Недавно стало известно, что почти закончены съемки новой картины под названием "Спасибо, папа". Об этом и не только беседуем с актером, сценаристом и продюсером Микаелом ПОГОСЯНОМ.

— Этот киногод начался в прошлом ноябре: после серьезного отбора и голосования киноакадемия решила, что фильм достоин быть представленным на "Оскаре". Мы принялись заполнять анкеты, началась бумажная возня... Вскоре фильм был принят на рассмотрение. Но опыта ведь у нас никакого не было: что надо делать?.. как продвигать фильм?.. Я полетел в Штаты, оказалось, что все прошедшие в лонг-лист картины уже давно рекламируются, тратятся немалые средства... Словом, опоздали. Тем не менее нашлись люди, которые помогли представить фильм, в результате чего он попал в такие престижные голливудские журналы, как Variety Magazine и The Hollywood Reporter. Но время было безвозвратно утеряно и...  в шорт-лист мы не прошли, но зато набрались опыта. Если какая-то из наших картин, дай Бог, пройдет в оскаровский лонг-лист, то я смогу дать создателям немало дельных советов.

— Где еще в США был представлен фильм?

— Фильм участвовал в лос-анджелесском фестивале "Арпа", где я получил приз как "лучший актер года". Кстати, за "лучшую женскую роль" награды удостоилась бывшая жена Клинта Иствуда Френсис Фишер, зритель должен помнить ее по фильму "Титаник". Там же я познакомился с Кеном Давидяном, который предложил сотрудничество. Вернувшись в Ереван, я принялся за сценарий нового фильма. На определенном этапе было принято решение сменить главного героя (роль Кена) на главную героиню. Сюжет фильма таков: девушка-армянка, родившаяся и выросшая в США, которую, кроме происхождения, ничего не связывает с Арменией, уходит из отчего дома после конфликта с отцом на предмет "армянского воспитания". Вскоре она получает наследство от отца в 50 млн долларов при условии, что выйдет замуж за армянина по имени Баргевос. Так звали дедушку. Далее события разворачиваются в Армении: она приезжает сюда, чтобы найти жениха и не потерять наследство. Вот такой, на первый взгляд, незамысловатый сюжет фильма "Спасибо, папа".

Соавтором сценария в этом проекте стал мой давнишний друг, актер и режиссер Виген Степанян. Искали режиссера, выбор пал на Грача Кешишяна, и я на сегодняшний день могу с уверенностью сказать, что не ошибся в нем: у него оказалась прекрасная как творческая, так и административная группа, съемки прошли безо всяких проблем. Уже отснято 90% фильма. За 15 дней нам удалось снять основную часть картины, остались лишь досъемки в США. Я в фильме играю две главные роли — того самого Баргевоса и его брата-близнеца. Все, более раскрывать секретов не буду — остальное сами увидите...

— А на какие средства снимается фильм, если не секрет?

— Отнюдь, не секрет, а наоборот, информация, которой я непременно хочу поделиться и поблагодарить нашего благодетеля — первую леди Риту Александровну Саргсян! Буквально за несколько часов она смогла решить все проблемы, связанные с созданием фильма. Это поступок действительно достойного человека, отчетливо понимающего, что такое кино, кинематограф и как все это создается. Кстати, от первой леди я и узнал о высокой оценке, данной фильму Ибрагимбековым. Поначалу не было понятно, о каком фильме идет речь, пока, наконец, не выяснилось, что имеется в виду "Если все..." Кстати, номинантами "Ники" мы стали тоже благодаря Ибрагимбекову. Всем там заведовал Юлий Гусман, и оказаться в списке без поддержки Рустама было бы просто нереально... Ну и потом была последняя награда фильма "Если все..." — гран-при на Шукшинском фестивале.

— Каково твое отношение к так называемому инвестиционному продукту в нашем искусстве?

— Это явление есть во всем мире, и от него никуда не деться. Разница лишь в том, что ты вкладываешь в этот проект, какие ценности проповедуешь, что культивируешь — иначе говоря, какой продукт раскручиваешь и продаешь: созидающий или наоборот.

Что касается меня лично, то мне такие проекты не могут нравиться, равно как и искажающие облик нашего города новые "элитные" дома. Одно дело строить дом, другое — уродовать созданное до тебя. Я к тому, что подобных аномалий в нашей стране немало, это касается и искусства, где особенно инициативны квнщики, превратившиеся в откровенных дельцов от "культуры". Не все, конечно, есть и исключения: к примеру, человек, дружбой с которым я горжусь — Артур Джанибекян, человек с большой буквы. Один только его подарок нашему Матенадарану рукописи Нарекаци чего стоит — в этом поступке виден человек, патриот, на таких людей надо равняться.

Но среди бывших веселых и находчивых нашлись и те, кто исказил ценности как в театре, в антрепризе, так и в кино, на телевидении. Да, все хотят зарабатывать, но нельзя это делать ценой навязывания зрителю своего далеко не изысканного вкуса и псевдоценностей. Тот же Джанибекян делает коммерческие проекты, но не теряет лица, не скатывается в бульварщину и дурновкусие. А когда все упирается лишь в коммерцию, в желание побольше хапнуть вне зависимости, какого качества продукция и что за идеология, то это просто недопустимо. Можно снимать комедию, но при этом ставить серьезные творческие цели — ведь комедийный жанр это не только "ха-ха, хи-хи"...

— Взять тот же фильм "Мамы" нашего соотечественника Сарика Андреасяна — несколько историй непростых отношений и в то же время огромной любви к своим мамам, действительно замечательная картина! А есть фильмы, пиарящие низменные вещи (не будем называть вещи своими именами): планка понижается, в итоге молодежь впитывает псевдоценности...

— Это "выбросы" нашего искаженного вакуума. Безусловно, это продукт состояния, монстр, болезнь, зараза, проникшая во все сферы... Царит бездуховность, растеряны критерии прекрасного, правильного, настоящего, важного — все размыто, и каждый пытается отстоять свое место под солнцем, свои ничтожные потребности... В итоге все искажается, и люди, владеющие средствами, искажают наш город по своему образу и подобию. И нет никаких тормозов, нет той руки, того человеческого статуса, позиции, которые могли бы все это остановить. Надо признать, мы оказались слабенькими — я имею в виду интеллигенцию, в том числе и творческую, — они оказались намного сильнее нас. Они — люди, у которых рычаги, которым все позволено. Нами.

— А что мешает сегодня интеллигенции возродить худсоветы: стать камертоном, направляющей силой в этом обществе?

— Сильва Капутикян, Агаси Айвазян, Грант Матевосян, Шираз — люди, которые могли и отстаивали свою правду во всеуслышание в те годы, когда это, мягко говоря, было небезопасно — они были намного сильнее нас. Мы не смогли занять эту нишу, оказались слабенькими. Каждый из наших интеллигентов кое-как пытается делать свое творчество вдали от общественных передряг... Мы проживем жизнь в кустах. А ты говоришь, худсоветы...

— Каково твое отношение к слову "интеллигент". Кто такой армянский интеллигент?

— Интеллигент — человек, имеющий какие-то устои и всегда готовый отстаивать их: законы, в первую очередь, нравственные. Интеллигентный человек — носитель фамилии своей страны, имеющий определенную миссию, четко осознающий, кроме своего личностного, и статус гражданина, ереванца. Это и подразумевает те неписаные законы, которые мы растеряли. Ведь интеллигент был проповедником этих неписаных законов. Когда эти писаные и неписаные законы снова окажутся в гармонии друг с другом, когда они станут соответствовать нашим нравственным позициям, мы сможем вернуть очень многое...

— Твой прогноз на будущее: когда и откуда ждать изменений к лучшему?

— К сожалению, нет никаких рецептов, верю и надеюсь лишь на нашу генетику. Есть ребята, со многими из которых я знаком, — придет их день! Сейчас не нужны революции, не нужны какие-то хирургические вмешательства, я верю в тех ребят, которые представляют на сегодняшний день новый вид армянина — в них вижу очень серьезную потенцию!

— Коль скоро мы подошли к разряду чудес, увы, немногие из сегодняшних ереванцев помнят Дедушку Мороза из Камерного театра — Микаела Погосяна и Снегурочку — Вигена Степаняна. В канун Нового года у тебя есть возможность обратиться к своей аудитории, к друзьям...

— Чем старше мы становимся, тем больше начинаем дорожить вещами, доселе как бы не имеющими большого значения. Стараемся отсекать все ненужное, и постепенно с годами остается необходимое, важное. Хочу, чтобы каждый из нас прекрасно понимал круг важности, который он выбрал, дорожил этим. Ведь, как оказывается, мы очень часто не замечаем самых близких людей, благодаря которым достигаем многого. Надо бережнее относиться к друзьям, родным, обществу, в котором живешь, к нашему городу. Научиться уважать все то, что выбрал для себя, и совершать поступки, оправдывающие этот выбор. Я бы хотел пожелать, чтобы мы, наконец, стали совершать поступки, определяющие наше жизненное кредо... С наступающим всех Новым годом!

Рубен Пашинян, "Новое время"

"Мост любви" — ода великому Саят-Нове!

    В Государственном театре музкомедии с большим успехом прошла премьера мюзикла "Мост любви", посвященного 300-летию выдающегося армянского поэта и музыканта Саят-Новы. 

      "Это очень интересный проект, так как мы впервые работали в подобном жанре, — рассказывает генеральный директор компании Sharm Holding, продюсер мюзикла Карен Казарян. — Конечно, в мюзикле каждый по-своему найдет Саят-Нову, однако в то же время наш мюзикл относится к нашему времени — жизни молодых композиторов. Над "Мостом любви" работала хорошая творческая команда, и надеюсь, что зритель оценит нашу работу должным образом".

Собралась действительно звездная команда: авторы сценария — Акоп Рубинян и Ваграм Саакян, хореограф мюзикла — Валерий Архипов (Москва), композиторы — Армен Мартиросян, Ара Торосян, Крист Манарян и Эмма Асатрян, авторы слов — Анита Ахвердян, Эмма Асатрян, Григор Кекчян, Крист Манарян.

Наш гость — художественный руководитель "Маленького театра", режиссер-постановщик мюзикла Ваан БАДАЛЯН.

— Как ты попал в этот проект?

— Год назад со стороны "ШАРМ Холдинг" и Art Team поступило предложение участвовать в этом проекте в качестве режиссера-постановщика. Я, естественно, с радостью согласился, поскольку очень люблю экспериментировать, пробовать себя в разных жанрах, работать с музыкой, танцами...

— На твой взгляд, проект удался?

— Думаю, учитывая масштаб идеи и объем проделанной работы, проект однозначно можно считать удавшимся. Уже сейчас мы видим отношение зрителя к нему: восторг, увлеченность... Как принято говорить в театре, спектаклю надо немного обкататься, и тогда ответ на твой вопрос будет более чем очевиден.

Это был сложный, трудоемкий и одновременно очень увлекательный процесс, поскольку аналогов подобных проектов у нас пока не было. По ходу создания мюзикла решались многие вопросы, каждый открывал для себя что-то новое, но самое главное, все работали с огромным удовольствием и самоотдачей!

— Что общего между современным сюжетом мюзикла и творчеством великого ашуга?

— Нашей целью было показать историю любви Саят-Новы, перенеся ее в наше время. Даже имя главного героя — Арутюн Саядян, а его возлюбленную зовут Анной. Так что "Мост любви" — это не просто притяжение двух любящих сердец, а соединение времен: из прошлого в настоящее, из той любви в эту. "Мост любви" — это дань уважения поэту и композитору, образу Саят-Новы. А две финальные песни "Блбули хид" и "Чка кизи нман" звучат как ода великому Ашугу!

— Насколько в Армении этот формат будет востребован и какие перспективы видишь для продвижения мюзикла вне ее пределов?

— Мюзикл — тот жанр, который востребован всегда, и очень жаль, что мы с таким опозданием это осознаем. Как жанр он появился очень давно и по сей день остается популярным во всем мире. Ведь в основе мюзиклов, как правило, веселый яркий сюжет, а изящное соцветие музыки, песен и танцев сообщает зрителю тот гиперзаряд позитива, в котором он нуждается всегда.

Что касается нашего "Моста любви", то и генеральный прогон, и два премьерных дня дают основание считать, что мюзикл будет не только очень долго популярен в Армении, но конкурентоспособен за рубежом.

— Расскажи о команде — в частности, как работалось с авторами и с московским хореографом? Пришлось что-то менять в драматургии или "читали с листа"?

— Действительно, это мой первый опыт работы с такой большой командой — до сих пор и сценографией, и музыкальным оформлением, и подбором костюмов и т.д. занимался исключительно я. Но и этот опыт был мне очень интересен. Сценарий, конечно, менялся по ходу рождения спектакля, не исключено, что будет еще дополняться — ведь одно дело писать сценарий на бумаге, а другое — создавать мюзикл...

Как правило, в мюзиклах музыку пишет один композитор, а сценарную основу — один либреттист. В нашем случае было по четыре соавтора с каждой стороны — получился довольно пестрый коллаж, который замечательный композитор и аранжировщик Ара Торосян весьма удачно умудрился свести к общему знаменателю, к одному "интернациональному" языку.

С московским хореографом мы до этого не были знакомы, однако быстро "спелись", в результате чего работалось очень интересно и продуктивно.

— А не рискованно было брать в проект-пионер молодых, не умудренных опытом, актеров?

— Конечно, опасение было. Но так уж получилось, что у нас актеры-певцы пока лишены возможности получать профессиональные навыки в этом жанре. Так что работа в проекте для многих стала хорошей школой. Было осуществлено три кастинга, и, скажу вам, подбор актеров пока продолжается, ведь мюзикл — живой дышащий организм.

— Что для тебя явилось основным стимулом войти в этот, скажем так, коммерческий проект: желание попробовать себя в новом формате или, пардон, финансы?

— Конечно же, сама идея, новизна. Признаться, я давно подумывал о мюзикле, был уверен, что когда-нибудь непременно попробую себя в этом жанре. Но как-то руки не доходили. А тут сам бог велел — поступило приглашение, грех не воспользоваться. Более того, уверен, что это мой далеко не последний мюзикл — было очень интересно, и я с радостью продолжу "экспериментировать".

— Как ты относишься к инвестиционному искусству, где создатель должен отвечать за рентабельность своего детища?

— Очень позитивно! Замечательно, что "ШАРМ Холдинг" может осуществлять такие задумки, находить спонсоров, заинтересовывать их и окупать проекты. Опять же немаловажно участие Министерства культуры, господдержка.

Да, этот проект коммерческий, и в том не вижу ничего плохого — главное, что предлагается, на каком уровне и какие ценности проповедуются. Этот мюзикл создавался профессиональной командой и посвящен 300-летию великого Саят-Новы. Думаю, комментарии излишни...

Кирилл ПЛЕТНЕВ: «В Армении чувствую себя как дома и… обожаю Севан!»

          Кирилл Плетнев в свои 33 года успел сняться в полусотне фильмов и сериалов. Армянский зритель узнал его по сериалу “Солдаты”, далее были “Штрафбат”, “Диверсант”, “Секретное оружие”, “Противостояние”... А недавно в МКДЦ “Дом Москвы” состоялась ереванская премьера фильма “Небо падших”, который представили аудитории автор повести, главред “Литературной Газеты” Юрий Поляков, а также члены съемочной группы режиссер фильма Валентин Донской и исполнитель главной роли Кирилл ПЛЕТНЕВ. Незадолго до показа нам удалось побеседовать с ним...

— Кирилл, ты в Армении не впервые — есть изменения?

— В последний раз я был тут пять лет назад — Ереван напоминал одну большую стройплощадку. Мои друзья — режиссер Ованес Петян и президент “Айфеста” Артур Гукасян — показали мне немало, но, например, в этом году мне впервые удалось прогуляться по Северному проспекту. Ереван меняется, и в лучшую сторону. Впрочем, как и любой другой столичный город. Но, слава Богу, я не отмечу никаких изменений в самой главной составляющей города — в его жителях: они как были хлебосольными и гостеприимными, так и остались таковыми. И это просто замечательно!

— На правах анонса, расскажи немного о фильме.

— События фильма происходят в 90-е годы — время неспокойное, но вместе с тем полное авантюризма и романтики. Мой герой Павел Шарманов, успешный бизнесмен и женатый человек, встречает коварную и расчетливую девушку по имени Катерина. У героев завязывается бурный роман, который в конечном счете сломает моему герою жизнь. Все как в жизни — любовь зла...

История чем-то похожа на “Крейцерову сонату” Толстого, когда герой едет в поезде и рассказывает попутчику свою жизнь. Мне кажется, Поляков именно оттуда взял этот рефрен. Весь фильм — это движение из Питера в Москву и его рассказ.

— А кто играет твою роковую любовь в фильме?

— Замечательная актриса Екатерина Вилкова. Нам не раз приходилось играть с ней в одних фильмах, но мы ни разу не пересекались на площадке как партнеры. Я рад, что на этой картине мы работаем вместе.

— Ты довольно парадоксальный актер: сказать кому, что актер, сыгравший столько “солдатских ролей”, ни дня не прослужил в армии — не поверят. Точно так же Плетнева, по которому сохнут тысячи фанаток, казалось бы, обходят стороной роли героя-любовника в кино, не так ли?

— Так не предлагают мне эти роли! Хотя, признаюсь, мне очень хочется сыграть что-нибудь про любовь. Но что поделаешь, если режиссеры и их ассистенты не видят меня в другом амплуа!

— Но и твои герои ни в кого не влюблены, не так ли?

— Для меня это тоже большая загадка! Помню, прочел сценарий “Диверсантов”, так у всех есть какие-то любовные сцены. Герой Влада Галкина, например, с кем-то флиртует, а у моего героя главная женщина — это война, и люби ее сколько влезет! Далее по сюжету все вокруг влюбляются, женятся, а мой герой попадает в тюрьму и общается с какими-то урками. Я задал этот вопрос режиссеру, но и он, и другие члены съемочной группы сказали, что им интересен именно такой персонаж.

— “Небо падших” — исключение из правил на предмет влюбленности героя?

— Да, и именно это чувство в итоге и губит его. С режиссером Донским мы специально задались целью создать образ человека — счастливого отца, любимого мужа, — в жизнь которого нагло вторгается любовь, переворачивает все с ног на голову, что в итоге и приводит к печальному концу. Мы хотели, чтобы зритель, смотря, думал: “Какой же этот человек в сущности дурак — я бы точно поступил иначе!”

— А тебе когда-нибудь хотелось такой же любви, как в кино?

— Когда я посмотрел фильм Клода Лелюша “Мужчина и женщина”, то понял, что вот такую историю любви мне бы хотелось. Она случайная, она какая-то долгожданная, герои свободны и, пройдя до этого другую любовь, они достаточно мудры. И я верю, что в жизни такая история может быть. Но на самом деле в реальной жизни все происходит интереснее.

— Есть роль, о которой мечтаешь?

— Давно мечтаю стать режиссером. В 16 лет поступал на режиссуру, но, увы, тщетно — мне “объяснили”, что, мол, еще молодой и не хватает жизненного опыта. Вот подрос, решил осуществить мечту юности: поступил во ВГИК, учусь на первом курсе в мастерской драматургии и кинорежиссуры.

— А начинал ты актерское восхождение у Армена Джигарханяна. Почему в одном из интервью ты сказал, что он замечательный актер, но, увы, не руководитель?

— Без Петра Наумовича Фоменко его театр не состоялся бы. Точно так же нам сложно было работать в театре Джигарханяна, где крайне не хватало его присутствия. В счастливые же моменты нашего сотрудничества он говорил фразы типа “ребята, не надо так играть — это не бытовая логика”, доступные по глубине таким титанам, как, скажем, Калягин, Гафт и т.д. Смысл этих замечаний до меня лично доходит только сейчас — ну скажите, что должен понять из такого замечания вчерашний желторотый студент?..
Любой руководитель театра, хочет он того или нет, — однозначно политик. Потому что любой театр, хотят того актеры или нет, это диктат — то есть политика кнута и пряника. Когда есть только кнут, существовать невозможно. Равно как и когда перегиб с пряником. Мне кажется, что Армену Борисовичу не хватает хорошего администратора — этот тандем мог бы добиться большего. А поскольку Джигарханян, как сильная личность, не терпит конкуренции и инакомыслия в силу хотя бы того, что действительно очень много знает и много понимает, то не является, на мой взгляд, мощным руководителем. Я об этом говорил и ему лично. В результате мы расстались, и я получил возможность дальнейшего роста и право работать с другими режиссерами.

— С кем еще из наших соотечественников тебе еще посчастливилось поработать?

— Ну, во-первых, это режиссер Ованес Петян, более известный в России как Иван Китаев. Недавно он закончил съемки многосерийного фильма “Марсель”, в котором снялся и я. Пять лет назад я был тут со спектаклем, представленным в рамках фестиваля “Айфест”, руководит которым мой большой друг Артур Гукасян. Дружу с Форшем. Со многими знаком... Я даже на этот раз привез с собой младшего брата — познакомить с армянскими друзьями и показать армянские церкви, а он уже для себя решил, что непременно поедет в Карабах!

— Что лично тебе в Армении больше всего нравится?

— Я без ума от Севана — вот увидел и влюбился! Каждый раз, приезжая сюда, выкраиваю для него время. Вот и на этот раз мы приехали всего на три дня, но завтра непременно поедем на Севан — это обязательная программа.

Самое главное, я чувствую себя в Армении как дома — и это здорово!

Валерий СААРЯН: "Все очень просто: надо пропагандировать хорошее кино!"

В Ереване, а затем и в Москве состоялась премьера картины "С Новым годом, мамы!" — продолжения нашумевшей картины Сарика Андреасяна "Мамы". Однако если предыдущий киноальманах состоял из восьми новелл, этот включает всего пять. Но каких! В одной из них в небольшом эпизоде снялся даже всемирно известный французский актер Ален Делон, недавно представший пред очи и ереванскому зрителю. Съемочную площадку с великим французом разделили такие известные артисты, как Ирина Розанова, Елизавета Боярская, Максим Виторган, Константин Крюков, а также резиденты "Камеди Клаб" Гарик Харламов, Виктор Васильев и Павел Воля. Фильм снят кинокомпанией Enjoy Movies, продюсеры фильма Георгий Малков, Сарик Андреасян, Гевонд Андреасян. Сопродюсер — директор кинокомпании AP Сinema Валерий СААРЯН, с которым нам удалось побеседовать незадолго до ереванской премьеры.

— Валерий, армянский зритель знает вас как продюсера Евы Ривас на "Евровидении", а также по конкурсам молодых исполнителей, периодически организуемых в Москве компанией "Армения Продакшн". Некоторые даже знают, что вы являетесь советником министра культуры и представителем Министерства культуры Армении в России. И вот теперь кино — как вы умудряетесь заниматься всем одновременно?

— Вы знаете, касательно советника Министерства культуры, это было, если мне память не изменяет, лет семь назад и продлилось около трех месяцев. Что характерно, как о своем назначении, так и о том, что более не являюсь советником, я узнал постфактум. Уж не знаю, хорошо это или плохо, не хотелось бы никак комментировать. Просто был тот период, когда Геворк Геворкян, который сейчас возглавляет Национальный киноцентр Армении, стал министром культуры, ну а я каким-то образом — его советником. И точно так же удивительно перестал им быть.

Что касается кино — это моя стихия. Четыре года тому назад у меня родилась идея снять картину о Комитасе. Я начал "вариться" в этой идее. Не хотелось быть сырым и делать какие-то дилетантские вещи, ну и потом я понимал ответственность, которую, в общем-то, собираюсь возложить на свои плечи. Я начал изучать, читать, вникать — словом, "вариться" в этом "котле". Длилось это порядка трех лет, и, слава Богу, мы за это время очень сильно продвинулись. Считаю, что если когда-то и смогу гордиться какой-то своей работой, которой я посвятил не просто время, но и душу, и сердце, то это будет картина о Комитасе. Рабочее название фильма "Пациент", начало съемок планируем в следующем году. В роли Комитаса предстанет небезызвестный Эдриан Броуди, на роль второго героя Пильмахера приглашен Дастин Хоффман. В картине снимутся также Жерар Депардье и Ален Делон. Вот такие достаточно интересные, талантливые имена, которые, думаю, покорят кинозрителя — как своим мастерством, так и представленной темой.

— Ну а как вы стали продюсером фильма "С Новым Годом, мамы!"?

— Так уж получилось, что мои друзья — партнеры, компаньоны, с которыми я общался неоднократно на тему Комитаса — увидели, как я активно этим занимаюсь, и предложили попробовать себя в качестве сопродюсера в картине "С Новым годом, мамы!" Будучи ярым пропагандистом первой картины "Мамы", я с удовольствием принял это приглашение. Картина состоит из пяти новелл, и пятая — парижская новелла, которая снималась во Франции — наша, то есть "Армении Продакшн", точнее AP Cinema. Для дебюта на кинорынке была придумана эта "завуалированная" аббревиатура. Мы организовали съемки в Париже, договорились об участии Алена Делона в этой картине, внесли некоторую, скромно говоря, маленькую лепту в историю создания этих новелл. Оценить нашу работу можно будет уже с 27 декабря, когда в кинотеатре "Москва" начнется публичный показ.

— В работе участвовало целое соцветие российских актеров. Понятно, чтобы продвинуть идею, сколь удачной она б ни была, нужна четко продуманная бизнес-составляющая, которая сможет обеспечить необходимый бюджет. Этим же вы, видимо, руководствуетесь в проекте "Комитас". По-вашему, привлечение известных людей — самый действенный способ продвижения кинопроекта?
  

— Все это взаимодополняющие факторы: правильно проведенный актерский кастинг, четко выстроенный маркетинг, актуальность картины, определенные вложения в историю создания картины... Нельзя выделять что-то одно, равно как и не уделять каждому из этих аспектов должного внимания. Это махина, в которой каждая шестеренка должна вращаться в четко заданном режиме. Конечно, сложно представить себе человека, который откажется от

просмотра фильма с участием звезды мирового масштаба. Но если фильм будет сам по себе не интересен, а может это быть по ряду причин — начиная от никудышного сценария, заканчивая бездарной работой продюсера, — то второй раз на эту картину никто не пойдет, и проект провалится. Мне очень нравится, что в этом смысле мы с компанией Enjoy Movies абсолютно солидарны. Это российская компания, созданная Сариком и Гевондом Андреасянами и Георгием Малковым. Кроме партнерских отношений, нас связывает давняя дружба, и я очень благодарен ребятам за то, что на протяжении этих трех лет они были моими верными советчиками и консультантами в киноиндустрии. Я считаю, на сегодня Enjoy Movies — одна из лидирующих и самых перспективных компаний на российском кинорынке.

— И в первой картине, и во второй все крутится вокруг мам. Когда же, наконец, очередь дойдет до пап? 

— Мы в своем кругу обычно шутим, что в Армении матриархат никто не отменял: несмотря на то что днем мужчины абсолютно честно занимаются решением всех вопросов, окончательное решение все же принимается женщинами, причем в разное время суток — последнее слово остается за ними. Но, как говорится, в каждой шутке есть доля шутки, все остальное правда. Мама — это святое, мама — это хранитель очага... Хотя, думаю, очередь дойдет и до пап.

— Что скажете об армянских продюсерах. Вообще, как вы считаете, чего сегодня не хватает армянскому продюсерскому институту? В каком ключе он должен развиваться?

— Извините за резкость, но я считаю, что в Армении как на кинорынке, так и на телевидении и шоу-бизнесе, количество продюсеров ничтожно мало. То есть как бы людей, именующих себя продюсерами, пруд пруди. Но реально людей, которые имеют право таковыми называться, человек десять, не более. Остальные заполняют рынок второсортным (мягко говоря!) продуктом.

Продюсер, безусловно, должен устанавливать какие-то правила игры, ведь он, помимо привлечения средств на съемки картины, должен еще и эти деньги вернуть. Но вне зависимости, что ты снимаешь — клип для артиста, рекламный ролик или серьезное кино — главное в эту работу вложить душу. Вот это первая и самая главная составляющая. К сожалению, так уж получается, что сейчас общая тенденция сводится к тому, чтобы снимать попсу, или попкорн, не знаю, как угодно можно называть, и это становится очень выгодным. Попкорн вкусен лишь в момент его поедания, а в кино, как и в искусстве в целом, важно послевкусие. В данном случае его практически не остается. Думать не надо, напрягать мозги тем более, пришли, посмеялись, разрядились, ушли — завтра на работу...

Критиковать своих коллег из Армении я бы не стал по одной простой причине — есть среда, от которой никуда не денешься. Она должна развиваться пропорционально, гармонично. А это процесс трудоемкий и требующий немалого времени и терпения. Ну вот давайте устроим в Ереване показ "Острова" Лунгина. Сколько людей придет посмотреть? Уж точно резонанс будет далеко не тем, какого заслуживает эта гениальная, на мой взгляд, картина. И дело не в том, что ее не надо пропагандировать — наоборот, надо прививать все хорошее. А для этого — создавать среду. А сегодня армянское ТВ наполнено дешевыми сериалами. Это очень опасно, мы вскоре попадем в некий коллапс, когда поколение сменится, и в стране останутся люди, воспитанные на "сериальной культуре". Люди, не видевшие ничего иного со дня рождения, те, которым сериал был преподнесен как альма-матер. Люди, которым не было предоставлено возможности сравнивать, духовно обогащаться. И этот процесс можно остановить, лишь демонстрируя по ТВ хорошее кино, интересные передачи, пропагандируя и делая основной акцент именно на этом! Пускай будут попса и попкорн — от них никуда не деться. Но важно, в каких пропорциях по отношению к качественной продукции.

— И как же вы позиционируете картины "Мамы" и "С Новым годом, мамы!"?

— Лирические комедии, где в какой-то момент встает ком в горле, где хочется всплакнуть, а в какой-то момент появляется искренний смех, улыбка... порой тоже сквозь слезы. Кино, после просмотра которого ты как-то по-новому чувствуешь себя человеком, сыном, гражданином... Кино, которое не давит, но вместе с тем и не дает абсолютно расслабиться — скорее, наоборот, организует.

— Ну и напоследок о предстоящих планах...

— 10 января собираемся представить в Армении новую картину Enjoy Movies "Дублер" — это молодежная развлекательная комедия, а потом, я надеюсь, займемся "Пациентом".