Культура — это стремление к совершенству посредством познания того, что более всего нас заботит, того, о чем думают и говорят... А заботит нас сегодня, как раз, отсутствие этой самой культуры. Замкнутый круг?.. О том, как выйти из сложившейся непростой ситуации, читайте в эксклюзивных интервью видных деятелей культуры Армении… и не только.

пятница, 19 декабря 2014 г.

ФОРШ: “Будет чище город — будем чище мы!”

  Наступление холодов ознаменовалось закрытием сезона летних кафе — столь привычных элементов ереванского пейзажа. Но “кафейная” жизнь на этом не остановилась, “живая” музыка не замолкла и завсегдатаи не разбрелись по домам, напротив — все дружно переместились в закрытые помещения: пабы, рестораны... Открылись новые кафе и клубы, где предлагается своя, не похожая на остальные, концертно-развлекательная программа. Один из них — недавно открывший в центре города Forsh Club, одним из авторов-создателей которого является известный певец и композитор — наш сегодняшний гость — ФОРШ, он же Ваан ГЕВОРКЯН.
— Идея открытия этого клуба родилась давно: хотелось создать некую систему, площадку, где будет представлена непростая яркая палитра музыкальных жанров, но и в целом разных сфер искусства, и где каждый сможет найти себе что-то по вкусу. Кажется, у нас это получается... Forsh Club — это не место, куда приходят просто перекусить или выпить пива, мы уделяем большое внимание сцене и тому, что на ней происходит. Это и концерты, и спектакли, и выставки, и декламации... Вскоре даже планируем провести просмотр Чаплиновских фильмов с живым тапером. Словом, задумано много, и мы целенаправленно идем к поставленной цели. Мы — это я и мой брат: инициаторы создания клуба.
— Занятость в клубе не отразится на творчестве композитора Форша?
— Начнем с того, что композитором себя не считаю и не считал никогда: я всего лишь пишу песни и мелодии. Что касается клубной деятельности, то можно сказать, я временно угомонился — считаю тут себя нужнее, а там видно будет...
Есть, конечно, желания, цели... Планирую в будущем году концерт в рамках предстоящих мероприятий, приуроченных к 100-летней годовщине геноцида армян. Посмотрим, как получится.
— “В этом гостинице ты дирэктор!” — есть какие-то ограничения для желающих выступать в вашем клубе?
— Жанровых, как понимаете, никаких. Главное, чтобы все делалось профессионально, качественно и со вкусом. И это касается не только музыкантов: вход на сцену заказан всем, кто “в поте лица” способствует деградации аудитории и подмене культурных ценностей бестолковыми суррогатами. Мы это дело быстро отметаем, и такой “творец” не имеет никаких шансов появиться у нас.
— Дошли до моей “любимой” темы: как надо бороться с рабисом, льющимся сегодня чуть ли не отовсюду?
— Во-первых, начать называть вещи своими именами. Ну как можно называть все эти тюркские перепевы, откровенно мусульманизированную ладотонику с армянскими словами рабисом? Это далеко не тот рабис, что был в советское время. Вы вспомните тех музыкантов и этих... с позволения сказать, исполнителей. Это ж небо и земля, совершенно разные материи, приоритеты, вкусы и т.д. А почему это произошло? Да потому что серость пришла и уверенно обосновалась там, куда и не мечтала попасть. И так дело обстоит не только в музыке. Потому и рабис сегодня повсюду. Пройдите по городу, взгляните на эти архитектурные “шедевры-новоделы”... Мы, конечно, пытаемся этому противостоять. Но, увы, пока не особенно успешно.
...Страшнее серости равнодушие. Среди вершителей судеб и хранителей печатей отчетливо просматривается группа людей, откровенно равнодушных к столице. Это в большинстве своем чужие, я бы сказал, инородные явления: они никогда не любили и вряд ли когда-либо полюбят этот город. Но именно они сегодня решают, каким ему быть. Уверен, если бы дело касалось их собственности, решения были б совершенно другие — у себя б они такого не “сотворили”... Есть, конечно, слабая надежда на то, что они когда-то станут относиться к Еревану как к своему дому, хотя бы в силу того, что живут тут. Но тут уж неизвестно, что лучше...
Возвращаясь к вашему вопросу о борьбе с рабисом, позволю себе напомнить, что раньше существовала такая махина, как Армконцерт, следившая за всем происходящим, посему каждый знал свое место. Сейчас все развалено, и вряд ли можно назвать положительным хаотическое развитие данного поля. Но пока здравствуют люди — дай им Бог долгих лет жизни, — работавшие в этой системе и знающие, помнящие, как она должна функционировать, надо постараться восстановить тот механизм. Почему это не делается? Преднамеренно? Или это равнодушие, как страшный грибок, достигло таких пугающих масштабов? Это ж наша культура — будущее нашей страны, детей... Как же так?
— В силах ли сегодня интеллигенция как-то повлиять на происходящее?..
— Странная штука: в стране Советов каждый занимался своим делом, а сегодня, когда Советов нет, деятели перевелись, точнее — “переквалифицировались” в советчиков. Сплошь и рядом любители дать дельный совет. Работы ноль — советов уйма. Страшное дело...
С другой стороны, интеллигенция никогда не сдавала своих позиций. Более того, проявляла завидное упорство, настойчивость — вспомним хотя бы годы войны, блокады... Видимо, аудитория слушателей у интеллигенции изменилась. Возможно, не особенно интересно сегодня ее мнение. Оно и понятно — серость же, не сомневаясь в своей уникальности, все знает и умеет, а остальные — сами неплохие советчики. Зачем им слова, пускай даже умные?..
— Многие ваши песни посвящены любимому городу. В чем, по-вашему, заключается магия Еревана?
— Отвечу строчкой из своей же песни: “У каждого города есть бьющееся сердце, а у Еревана, кроме сердца, есть еще Душа!” Магия города — это некая аура, в которою погружаешься, некогда попав сюда. Гости “заболевают” ею и, как правило, вновь возвращаются: практически не встречал людей, хоть раз оказавшихся тут и не стремящихся вновь вернуться в Ереван.
— Розовый город всегда притягивал к себе, околдовывал, удивлял, и одним из главных “компонентов” этой магии были его жители... Вы согласны с мнением, что умение удивлять и удивляться сегодня, увы, пропало в нас. Как вернуть “музыку” Розовому городу?
— Возможно, мой ответ покажется несколько банальным, но, считаю, надо держать город в чистоте. В идеальной чистоте! Ведь все взаимосвязано, одно приводит к другому. Ну спрашивается, чем можно удивить человека, привыкшего со дня рождения ежедневно видеть горы мусора вокруг себя и негнушающегося самому внести свою лепту в подобное обезличивание города? Это боль, это рана, это трагедия нашего времени, нашего города. Надо это как-то решать, менять, лечить. Будет чище город — будем чище мы!
— Как вы считаете, какие изменения в стране окончательно укрепят проживающих вдали от родины армян в желании вернуться?
— В первую очередь возможность работать и получать соответствующую адекватную оплату своего труда. Во-вторых — уверенность в социальном плане. И не важно, кто ты: рабочий или композитор — все мы одинаково болеем и нуждаемся в уходе, все мы платим за коммунальные услуги, всем нужен кров, пропитание, возможность самореализации...
С другой стороны, сегодня многие сетуют, мол, армяне чувствуют себя дома как в гостях, оттого и бегут. Не буду комментировать. Скажу лишь, что если у человека есть цель, стремление, желание и воля, то он добьется своего везде, несмотря ни на что и даже вопреки.
...В канун Нового года хочу пожелать всем сил и терпения, несгибаемой воли, крепкого здоровья и моря любви — почаще улыбайтесь друг другу, любите свой дом, свою семью, свой город и тот воздух, который он ежедневно и абсолютно бесплатно дарит вам. Любите друг друга!

вторник, 9 декабря 2014 г.

Торонзо КЭНОН: “Мы в Армении исполнили "блюзовый танец"!”

   Праздничным концертом с участием всех музыкантов, когда-либо выступавших в клубе, отметил свое пятилетие столичный Mezzo. Праздник удался на славу! Коллективы сменяли друг друга, преподнося свои музыкальные сюрпризы собравшимся, со сцены звучали поздравления в адрес юбиляров, а специальным гостем торжества стал замечательный чикагский блюзмен Торонзо КЭНОН, не впервые посещающий Армению, — ранее он принимал участие в Неделе блюза, также проведенной по инициативе Mezzo Production.
— Торонзо, вы уже в третий раз здесь. Каковы впечатления? Что вы знали об Армении до этого?
— Увы, не так много. Как вы понимаете, у нас в школах не проходят историю Армении. Я просто был в курсе, что есть такая страна, но где она находится, что из себя представляет, какой здесь живет народ, какая тут культура, какие традиции — обо всем об этом не имел никакого понятия.
В первый раз, когда я приехал, впечатления были, типа, ну да тепло, хорошо, клево. Я даже предположить не мог, какие меня ждут сюрпризы! Кто бы подумал, что здесь есть хорошие ТВ-программы, распространен джаз, любят блюз, что люди хорошо знакомы с творчеством Би Би Кинга. Думал, еду просвещать, оказалось — совсем наоборот.
— Как вам армянская музыка?
— Вы не поверите, но из-за плотности графика мне пока не удалось полноценно насладиться традиционной этнической и духовной армянской музыкой. Это плохо, конечно, но я во всем ищу позитив — значит, есть повод приехать снова: будем заполнять пробелы. А учитывая то, какая у вас многогранная культура, "работа" предстоит немалая.
...Вот странное дело, о красоте армянской музыки слышал много, а ее саму вне Армении — ни разу. Почему? Очень жаль, что мир лишен возможности насладиться красотой этого сокровища, ведь это одна из древнейших музыкальных культур мира. Думаю, Армении стоит об этом серьезно задуматься. Сегодня каждая страна экспортирует свою культуру в мир, пытаясь максимально выигрышно ее представить. А я, видя, как армянские музыканты играют блюз,  понимаю, как они смогли бы представить свою музыку всему миру! Во время празднования пятилетия Mezzo одна из групп как бы невзначай внесла армянские интонации в исполняемую джаз-рок композицию. Возможно, это для вас дело обычное, но я был поражен! Иметь такое богатство и скрывать от мира просто недопустимо. О том, как армяне чувствуют "черную” музыку, я вообще молчу...
— Есть в планах совместные проекты с армянскими музыкантами?
— Мне посчастливилось выступать здесь в рамках недели блюза с группой Сурена Арустамяна. Просто восхитительные высокопрофессиональные музыканты! Моим "перешейком" в мир армянского блюза является также председатель Армянской ассоциации блюза Ваан Даниелян — чудесный человек и прекрасный музыкант. Но очень важно, чтобы все это поддерживалось, все это требует средств, и немалых. Я отдельно хотел бы отметить деятельность Mezzo Production в лице Камо Мовсесяна — сил, терпения и воли! — они большие молодцы, вот уже пятый год радуют ереванцев качественной музыкой, не опускают планку, а меня уже в третий раз приглашают к себе. Скажу по секрету, один из наших продюсеров, с которым намечается совместный проект, высоко оценил то, что меня аж три раза приглашали в Армению — для него это серьезный показатель. Оно и понятно...
Очень хотелось бы продолжить сотрудничество с Арменией, выступать здесь с армянскими музыкантами. Я настроен оптимистически. Уверен, это только начало большого пути!
— Новости в Ереване распространяются быстро. Что за история у вас вышла с блюзменом Гарри Ли, приехавшим по приглашению клуба Yans?
— На мой взгляд, ничего экстраординарного, просто встретились в лифте гостиницы. Он приехал по приглашению клуба Yans, меня пригласила Mezzo Production. Познакомились, разговорились: он из Юты, я из Чикаго. Я его пригласил на свое выступление в Mezzo. Он пришел, мы сыграли вместе, зажгли, как говорится. Думаю, публике понравилось. На следующий день меня, как эмиссара блюза, делегировали в Yans — визит вежливости, — и мы уже "взорвали" там. Конечно, каждый по-разному играет: житель Юты по-своему, в Чикаго блюз звучит иначе, но тут, как мне кажется, и кроется великая сила блюза — он учит взаимоуважению, пониманию, доброте. Словом, всему тому, что нужно как в искусстве, так и в нашей повседневной жизни. Блюз очищает, делает тебя лучше!
— Вы откровенно скромничаете, потому что эмоции счастливчиков, оказавшихся на вашем концерте, просто зашкаливали...
— Ощущение было, что мы с Гарри играли вместе лет двадцать. Сложились, как говорится, два пазла, совпали и в ощущениях, и в мыслях, и, самое главное, встретились в стране, где знают и ценят блюз, в стране, где люди чувствуют радость, когда дарят счастье и когда понимают твою боль, переживая вместе с тобой. Так что пазл сложился не только у нас с Гарри Ли, но и с аудиторией, которая каждый раз меня удивляет, если не сказать потрясает своей чувственностью, доброжелательностью, интеллектом...
Мы с Гарри Ли прекрасно понимали друг друга на сцене, чувствовали дружеское плечо... Это как в танце, когда один идет вперед, другой назад, оба чувствуют ритмику и рисунок танца. Он из Юты, а я из Чикаго — у нас по-разному исполняют блюз. Но блюз есть блюз — он объединяет. Можно сказать, мы в Армении исполнили "блюзовый танец"!
— По-вашему, блюз можно классифицировать как "горный" или "равнинный"?
— Безусловно! В Алабаме играют блюз по-своему, а теперь давайте спустимся по Миссисипи и послушаем блюз там. А как вам техасский? Сравните его с чикагским блюзом: колоссальная разница — в инструментале, мышлении, экспрессии... Вспомнить хотя бы "блюзового Будду" — Джона Ли Хукера и его коронный буги. Он открывал программу и затем, положив гитару, принимался бродить по сцене вместе с друзьями. Тут вам и разница в характере, и в менталитете, и в преподношении, и в целом — в отношении к блюзу... Но блюзовая основа настолько сильна, что объединяет всех: и "горцев", и "равнинных исполнителей" — всех, говорящих на, казалось бы, разных блюзовых языках.
— Говорят, блюз — это когда хорошему человеку плохо. Вы согласны?
— Позволю себе несколько дополнить: блюз, это когда тебе хорошо оттого, что слушающий чувствует твою боль и понимает, как тебе плохо... Но есть и понятие счастливый блюз: да, мне сегодня больно, но мне наплевать, я потрачу денег, проведу выходные, осчастливлю своей музыкой других и сам растворюсь в этом состоянии, радости...
— Близится праздник святого Рождества Христова. Что пожелаете армянскому слушателю?
— Друзья мои! Наслаждайтесь жизнью, потому что не известно, что ожидает вас через минуту. Не терзайтесь, не мучайте себя попусту. Дела можно сделать сегодня, переложить на завтра или на неделю. Но не откладывайте жизнь на потом! Живите сейчас, любите сегодня и будете любимы всегда! С наступающим Новым годом вас и Святым Рождеством!

Рубен Пашинян, "Новое время"

четверг, 4 декабря 2014 г.

«От дальновидности музеев зависит, куда "корабль поплывет"»

      Приезжая в незнакомый город, туристы, как правило, стараются в наиболее сжатые сроки посмот- реть наибольшее количество достопримечательностей. Выбор таковых в Армении — одном большом музее под открытым небом! — более чем обширен. Приходится решать, и подчас руководствуясь не ценностью предлагаемого места, а условиями куда более приземленными: наличием иноязычных гидов, доступностью и т.д.
Вместе с этим в городе чуть ли не ежедневно проводятся интересные мероприятия, открываются новые выставки, о многих из которых как жители столицы, так и гости узнают зачастую или из соцсетей или... постфактум. Почему?
Об этом и не только беседуем с исполнительным директором Ассоциации работников и друзей музеев, председателем ИКОМ Армении Мариной АРОЯН.
— Сначала хотелось бы понять, чем занимается ваша организация? Как она возникла?
— После распада Советского Союза самыми тяжелыми для республики были годы с 1992 по 1996. Сокращение государственного финансирования, снижение количества посетителей, отсутствие электроэнергии и топлива лишили многие музеи полнокровной жизни. Затем в Армении начала проводиться политика децентрализации. В итоге часть музеев перешла в подчинение областных ведомств и местных органов власти. Децентрализация имела больше отрицательных последствий: музеи оказались в тяжелом финансовом состоянии из-за нецеленаправленного использования местными “князьками” выделяемых для культуры дополнительных кредитов и непрофессиональной кадровой политики. Областные музеи оказались в информационном вакууме, местные кадры лишились не только возможности профессиональной консультации, но и непосредственного общения с центральными музеями. Сложившаяся ситуация вынудила сплотиться и создать такую структуру, которая объединяла бы музеи и сделала возможным совместными усилиями безотлагательно разрешать вопросы, связанные с их деятельностью. В октябре 2003 года была создана общественная организация “Ассоциация работников и друзей музеев”, в состав которой вошли работники около 40 музеев из различных районов Армении, а в 2008 году ее усилиями был создан Армянский Национальный комитет ИКОМ.
— И каковы были первые шаги организации?
— Мы начали с сотрудничества с местными и международными структурами: ЮНЕСКО, Институтом “Открытое общество”, Институтом международного сотрудничества высших школ Германии, Всеармянским фондом “Айастан”. Благодаря нашим усилииям Министерство культуры Республики Армения также стало заниматься кадровой проблемой. В страну стали активно приглашать международных экспертов, а сотрудников музеев Армении командировали для повышения квалификации за рубеж.
Параллельно с семинарами проходили обсуждения и конференции, посвященные различным вопросам музееведения. Памятной явилась ежегодная конференция организации ИКОМ/СЕСА на тему “Музей и письменная коммуникация: традиции и новаторство”, состоявшаяся в октябре 2012 года в Ереване с участием 138 музейных специалистов из 35 стран. В его работе принимал участие Президент ИКОМ Ханс Мартин Хинз. Национальный комитет Армении получил предложение провести в 2015 году в Ереване ежегодную научную конференцию международного комитета ИКОМ по менеджменту и маркетингу (MPR).
При содействии Ассоциации и Национального комитета ИКОМ более чем 45 музейных специалистов прошли переподготовку за пределами Армении: в России, США, Японии, Германии, Великобритании, а в семинарах-тренингах, проведенных в Тбилиси ИКОМ и Евросоюзом, приняли участие 15 сотрудников армянских музеев.
Из достижений Национального комитета ИКОМ Армении и “Ассоциации работников и друзей музеев” следует отметить программу, направленную на техническое переоснащение музеев. Поддержка Всеармянского фонда “Айастан” позволила оснастить новыми компьютерами 40 музеев Армении и Нагорного Карабаха.
Есть также большие планы на следующий год в рамках мероприятий, посвященных 100-летию геноцида армян.
   — Об Армении за рубежом практически мало что известно — рекламы нигде нет, но зато есть запреты на съемку там, где, казалось бы, наоборот, это должно поощряться — скажем, в Музее истории, — притом это не связано с условиями хранения экспонатов, а просто с какими-то внутренними распоряжениями. В наш с вами век бума социальных сетей очевидно, сколько одна опубликованная с места событий фотография может вызвать восторгов, споров, интереса...
— Увы, проблема намного глубже — это вопрос отношения, мышления... Есть директора,не желающие идти в ногу со временем: запрет на съемку объясняется тем, что так принято во многих музеях мира. Спорная формулировка, особенно наряду с тем, что сегодня все уважающие себя музеи и ИКОМ придерживаются, наоборот, более передовых взглядов: политики демократизации — наибольшей открытости и доступности информации.
Но есть и хорошее. Вот вы привели пример Музея истории, а я позволю себе обратить внимание на Национальную картинную галерею: хочется отметить замечательный сайт, где представлена сокровищница галереи. Безусловно, открытость галереи не оставляет равнодушными посетителей, которые имеют возможность как получить информацию до приезда в Армению, так и поделиться впечатлениями, собственными фотографиями, равно как качественными репродукциями с сайта.
Музеи являются государственными некоммерческими организациями. То есть в условиях отсутствия закона о музеях, "правила игры" устанавливаются непосредственно директорами. От их дальновидности и зависит, куда “корабль поплывет”. Но даже наличие такого закона, думаю, не сможет существенно повлиять на категоризм в линии руководства: вопросы должны решаться сверху, министерством. Доступность нашего культурного наследия и качественное информирование мирового пространства — вопросы стратегической важности в нашей ситуации. Информационное поле заражено “исторической” ересью, тиражируемой нашими “милыми” соседями — следовательно, мы обязаны реагировать достойно и аргументированно. Мы недавно проводили на родину представителя одной из крупнейших компаний, которая периодически устраивает мировые выставки, представляющие культуру и традиции разных стран. Достигнута договоренность, что в ближайшие годы и Армения примет участие в этом проекте — в виде сборной выставки под названием “Легенды и реальность”, где все армянские музеи получат возможность быть представленными. Каково же было наше удивление, когда указанный вами музей отказался участвовать в этом. Что делать? Надеемся, встреча с министром культуры все же внесет ясность...
— Несмотря на заинтересованность страны в развитии туризма, во многих музеях нет табличек на иностранных языках...
— Ну не во всех, конечно, в той же Галерее есть и на русском, и на английском. Да и в других музеях есть... Но вы абсолютно правы, проблема существует, и она очень скоро решится. Каким образом? Были ли таблички на русском в Лувре 20 лет тому назад? Ни одной! Зато теперь, когда поток туристов увеличился — рынок диктует свои условия! — везде есть указатели на русском языке. То же самое очень скоро произойдет здесь с развитием туризма. А этим вопросом уже ведает иное управление. Вот как оно это делает и насколько эффективно — можно “замерять” по количеству посетителей тех же музеев... В большинстве случаев приходится больше рассчитывать на активность местных турагентств — к примеру, Easy Travel предоставляет своим гостям возможность получения информации посредством QR кода на андроидах. Да и в целом информирование о достопримечательностях и красотах Армении — результат работы по большей части непосредственно принимающих туристов травел-агентств.
Почему так? Ведь и управление по туризму при Министерстве экономики, и Минкульт, и Министерство диаспоры тратят какие-то средства, что-то делают, реализуют какие-то проекты. Так почему все недвижимо? Возможно, усилия прилагаются в разных направлениях и приоритетных плоскостях?..
— Каким вы видите выход?
— А что тут видеть — все предельно ясно! Надо собраться, обсудить все насущные вопросы и действовать сообща, на благо страны. К примеру, есть задача сделать Мецамор с его дохристианской историей, раскопками и т.д. более посещаемой туристами зоной — значит надо понять, что этому мешает. Плохие дороги? Соответствующее министерство обязано дать распоряжение, решить вопрос. Нужна экспозиция? Этим занимается Минкульт — должно достойно представить материал. Нужна связь с турагентствами? Это иерархия Министерства экономики и подчиняющемуся ему управлению по туризму. Все это, конечно, нелегко, но это наиболее правильный и рентабельный, на мой взгляд, путь как развития туризма, так и возрождения наших музеев: и в столице, и в регионах. Что о последних, так это отдельная тема для беседы: положение многих из них куда более серьезнее, плачевнее...