Культура — это стремление к совершенству посредством познания того, что более всего нас заботит, того, о чем думают и говорят... А заботит нас сегодня, как раз, отсутствие этой самой культуры. Замкнутый круг?.. О том, как выйти из сложившейся непростой ситуации, читайте в эксклюзивных интервью видных деятелей культуры Армении… и не только.

суббота, 30 июля 2011 г.

В Провиденсе намечается большой армянский вечер!

10 сентября 2011 года в крупнейшем кафедральном соборе Св. Петра и Павла в столице штат Род Айленд, городе Провиденс состоится торжественный вечер и праздничный концерт, посвященный 20-летию независимости Армении.

В присутствие губернатора, сенаторов, конгрессменов, мэров различных городов, и многочисленных гостей состоится большой концерт с участием симфонического оркестра штата, двух хоров из Род Айленда и Массачусетса, известных солистов из Метрополитан Опера, Нью-Йорка, Бостона и других городов. Будут также впервые исполнены произведения армянских композиторов, специально написанные к этой дате.

Как нам рассказал художественный руководитель концерта, композитор Константин Петросян, это торжественное мероприятие превзойдет по масштабам все предыдущие и станет крупнейшим на восточном побережье США. Многотысячный зал будет свободно открыт для всех желающих познакомиться с искусством Армении. На вечере предполагается выступление посла Армении в ООН, губернатора, других видных политических деятелей.

По окончании концерта будет дан большой прием в честь празднования Независимости Армении.

среда, 27 июля 2011 г.

Нарек Ахназарян: «То, что я армянин, добавило мне сил и уверенности в себе!»

В минувшее воскресенье в Большом зале филармонии состоялся концерт Армянского государственного филармонического оркестра, возвестивший о закрытии нынешнего сезона и посвященный победе талантливого армянского виолончелиста Нарека Ахназаряна на 14-ом Международном конкурсе исполнителей им. Чайковского.

Незадолго до выступления мы смогли встретиться с главным «виновником» торжества и побеседовать о предстоящем концерте и… не только.

Начнем с того, что выступление с нашим оркестром планировалось еще задолго до моего участия на конкурсе Чайковского, просто, организовать совместный концерт стало возможным только сейчас. По предложению главного дирижера оркестра Эдуарда Топчяна, учитывая то, что я победил в конкурсе, мы решили, что вся программа концерта будет состоять только из произведений Чайковского. В числе остальных я исполню “Вариации на тему рококо”, принесшие мне победу на этом престижнейшем конкурсе.

…Несмотря на то, что я не так давно в последний раз выступал в Армении с молодежным оркестром, каждый концерт на родине особенно волнителен для меня. Тут мои друзья, мои близкие, мои знакомые — тут мой дом! Если представлять Армению за её пределами — великая честь для меня, то играть для своих — к тому же и огромная ответственность.

Нарек, музыка сопутствовала тебе, пожалуй, с самого рождения. А когда и как ты решил взяться непосредственно за виолончель?

— Вы правы: папа и мама — Сурен и Гаяне Ахназаряны — оба музыканты, профессора Ереванской консерватории, а братья: Левон — пианист, Тигран — дирижер. Словом, династию у нас действительно сложно назвать не музыкальной.

Мой папа — солист струнного квартета им. Комитаса — хотел, чтоб я поешл его стопами и стал скрипачам. Но каково же было удивление у всех, когда мама отдала меня в класс виолончели в школу им. Саят-Нова. Дело в том, что на виолончель обычно отдавали детей, которым не удалось набрать достаточное количество баллов по скрипке и фортепиано. Все были в шоке, потому что в моем случае это никак не зависело от набранных баллов, и было исключительно волеизъявлением родителей. Все были крайне удивлены, а особенно наш прославленный педагог, скрипач Петр Асатурович Айказян.

Потом с пятого класса я переехал в Москву, где учился в училище при консерватории, а затем — окончил и саму Московскую консерваторию, в которой сейчас, кстати, являюсь аспирантом. Также два года я стажировался в Бостонской консерватории, вошел в программу бостонской консерватории Artist Diploma.

Кроме успехов на конкурсе им. Чайковского, ты уже успел стать вторым призером на международном конкурсе Geongnam в Корее и первым — на международном конкурсе молодых исполнителей Johansen в США. Многие из нас искренне болели за тебя, наблюдая за нынешним конкурсом и, естественно, весьма негативно отреагировали на инцидент с Горинштейном. А бывали ли подобные «выпады» ранее, на других конкурсах?

Нет, ничего подобного раньше не было. Да и инцидент этот, по большей части, из пальца высосан и искусственно раздут СМИ. Ситуация было почти что рабочая. Ну, не сдержался человек, ляпнул не совсем то, что надо. Потом понял и даже принес мне свои извинения. Мне искренне жать, что так получилось, и он был отстранен от участия в конкурсе. Опять же, мне кажется, не стоило возводить эту история в ранг «вселенской катастрофы».

А каковы твои впечатления о прошедшем в Москве конкурсе, в целом? Ты ведь был в финале и прошлогоднего конкурса, какие впечатления от того и от другого?

— Многое изменилось. Самое главное, выведены на новый невиданный уровень не только организация конкурса и масштаб конкурса, но и само преподношение, и освещение его по всему миру. Я имею в виду, и веб-трансляции, и телепередачи. Конкурс, можно сказать, по классу вышел на уровень Олимпийских игр.

Сегодня по статусу конкурс им. Чайковского может сравниться конкурс королевы Елизаветы в Брюсселе, где играют пианисты и скрипачи, и конкурсом Ван Клиберна, где соревнуются пианисты. Однако по специальности «виолончель» «Чайковский» самый сильный.

В этом году в нем принимали участие прекрасные виолончелисты, все как один — блестящие музыканты. Не могу сказать, что я был уверен в своей победе, потому что конкурс есть конкурс, здесь очень важно мнение зрителей, жюри, и ты никогда не можешь угадать, что им понравится, а что нет. Я сделал все, что от меня зависело, и то, что я армянин, добавило мне сил и уверенности в себе.

Армяне виртуозно представляют миру как классическую музыку, так и, на ощутимо ином уровне, музыку, именуемую «рабис». Тебе приходилось сталкиваться с уже искалеченным представлением об Армении у тех, кто её не видел, но успел вдоволь наслушаться?..

К величайшей моей радости, рабис за пределами Армении слушают только бывшие или настоящие представители Армении. Никто кроме армян не понимает этой музыки и естественно не интересуется её, потому что она не естественна, и, в большей степени, в силу того, что исполняется не теми, кто должен этим заниматься. Это мусульманская и, на самом деле, очень красивая музыка, не имеет ничего общего с армянской многовековой культурой, с нашей настоящей музыкой. И то, что наши пытаются исполнять мугам, снабжая это дело армянскими текстами, более чем губительно для нашей культуры!

Что же касается мира, люди, знающие Армению, в первую очередь представляют Хачатуряна, Сарьяна, Сарояна, Азанвура…

- Ты брал мастер-классы у многих знаменитостей мира музыки, среди них Мстислав Ростропович, Давид Герингас, Лоренс Лессер…. Вот, например, Растропович ассоциировал свою виолончель с женщиной. А как твое мнение на этот счет?

— Я соглашусь с Мстиславом Леопольдовичем. К этому инструменту я отношусь с особенной нежностью. И уж, по крайней мере, друзей своих я так нежно не касаюсь!

Кстати, на какой виолончели ты играл на конкурсе?

— Моя виолончель сделана римским мастером Давидом Теклером в 1698 году. Мне ее дали на год. Это из американской частной коллекции. А моя собственная виолончель — китайская «фабричка» за 500 долларов.

Мне кажется, для того, чтобы получить инструмент великого мастера в пожизненное пользование, музыкант должен много работать и заслужить право на общение с великим инструментом…

Говорят, ты уже решил, как потратить полученное на конкурсе вознаграждение?

— На самом деле, я ещё серьезно не задумывался об этом, но, скорее всего, вложу в новую виолончель…

суббота, 23 июля 2011 г.

Евгений ГИНЗБУРГ: "Сегодня я бы снял "Бенефис" Джигарханяна ..."

Многие телеманы старшего поколения помнят "Бенефисы" с Гурчено и Голубкиной, Крамаровым и Дорониной, столь ярко выделявшиеся на фоне теле- "разнообразия" 70-80-х... А "Новогодние аттракционы"?.. А веселые музыкальные фильмы "Остров погибших кораблей", "Веселая хроника опасного путешествия" и многие другие?.. Что со всем этим стало?.. Куда пропали те добрые фильмы и передачи, уступив место пошлости и площадному юмору?.. Об этом и многом другом мы при помощи интернета попытались узнать у автора всех этих телепроектов, "кавалера трех роз", как его называют в Швейцарии за три "Серебряные розы" на телефестивале "Золотая роза Монтре", прославленного телережиссера Евгения ГИНЗБУРГА.

— Евгений Александрович, начнем с того, как в вашей жизни появилось музыкальное кино и почему оно вдруг закончилось?

— Началось все случайно. Меня в Останкино встретил знакомый редактор и предложил делать экспериментальную программу "Бенефис". "Бенефис" принес славу не только в СССР, но и за рубежом. Стали считать, что я лучший специалист на ТВ в музыкальном развлекательном жанре. А Гурченко привела меня в кино, родился "Рецепт ее молодости". Дальше я уже не мог позволить себе заниматься ТВ-конвейером, да и скучно было. Делал кино.

Теперь о начале конца. Мы делали одну программу в год, изредка — две. Но прекрасно осознавали, что топтаться на месте смерти подобно. После успеха с "Бенефисом" с Голубкиной, мы планировали работать с Олегом Борисовым над "Трехгрошовой оперой", с Андреем Мироновым — над "Шерлоком Холмсом и доктором Ватсоном", с Леоновым мы мечтали о "Бравом солдате Швейке", и так далее. Все это мы предложили руководству как наши планы на несколько лет. Мы хотели развивать жанр. Превращать шоу в сюжетные ТВ-фильмы, в мюзиклы. Но нам этого сделать не позволили.

— Почему?

— Нам сказали — делайте то, что вы делали. Но мы как-то переросли, знаете, штанишки эти, и мы решили закончить "Бенефисы" сами.

— Так родился "Новогодний аттракцион", который имел еще более фантастический успех, чем "Бенефисы"...

— ...Где в качестве телеведущей выступила Пугачева вместе с Игорем Кио. Я безумно люблю цирк и хорошо его знаю и понимаю. Мы делали этот проект с огромным удовольствием. Было очень интересно попробовать соединить цирковое искусство с музыкальным. Интересно и невероятно востребовано.

Сделали три аттракциона. Один — в Цирке Никулина, и два — в Цирке на проспекте Вернадского. Успех был колоссальный, работать было безумно интересно, но очень трудно. Потому что нам давали всего лишь пять рабочих дней — на постановку и на съемку. Три дня репетиций и два дня съемок. Это невозможно выдерживать физически, плюс ко всему мы делали это за зарплату, так как гонорар был символическим. В конце концов я отказался, объяснив, что прекращаю свое участие до тех пор, пока не будет изменено отношение к проекту. Увы, все осталось, как и было.

— Когда пришла перестройка, часть людей осталась в профессии, а часть людей ее потеряла. Что произошло с вами?

— Я не терял профессии. Я по-прежнему хороший режиссер. Только кино не снимаю. Денег не дают. А перестройка сделала меня (был такой период) и продюсером...

— То есть деньги попытались доставать сами?

— И да, и нет. Под крышей Центра Ролана Быкова мной была создана частная студия "Волшебный фонарь". Надо сказать, Быков всегда относился ко мне с чрезвычайно большим интересом — можно сказать, это был мой старший друг и учитель... И мы очень успешно проработали около десяти лет. Но, увы, это рухнуло, и приходилось снимать только мне. Это были малобюджетные фильмы с Розенбаумом, это были фильмы о Константине Райкине, и так далее. Были и документальные, и художественные картины, и музыкальные программы, и новогодние шоу очень большого масштаба. В общем, мы работали очень хорошо. Но...

— Пришел капитализм ?..

— Вот именно! Работать частным образом стало совершенно невозможно. Меня оттеснили. Я был слишком опасным конкурентом для вновь возникших крупных предприятий. И мы стали получать все меньше и меньше заказов, и кончилось тем, что мы остались вдвоем в этой студии. И мы ее закрыли, а к тому времени я был уволен отовсюду. В результате — я сегодня работаю по договорам.

— Но все равно, даже с приходом "акул телевидения" на постсоветском ТВ мюзиклы не стали пользоваться той же популярностью, что и на Западе. Почему?

— Мюзикл — вещь затратная, трудоемкая и ироничная. Зачем это делать, когда можно обойтись суррогатом.

— Чей "Бенефис" вы бы сняли сейчас, если бы была такая возможность?

— "Бенефис" всегда был посвящен масштабному артисту, и таких артистов и поныне немало. Только телевизор почему-то забыл, что они существуют. Взять хотя бы Табакова, Джигарханяна...

— Ну их-то как раз по ТВ показывают довольно часто.

— Но ведь специально для них не пишутся сценарии, не снимаются картины! Несмотря на то что уровень этих людей значителен и для мировой культуры, а не только для нашего экранчика.

— Работали ли вы с армянскими кино — или теледеятелями? И если да, то кого Вы бы хотели отдельно отметить?

— Я очень давно писал сценарий для Арменфильма. По пьесе Пароняна — "Восточный дантист". Фильм был плохой, а сценарий хороший. В моей жизни есть два Главных Армянина — Георгий Гаранян (светлая ему память) и Армен Джигарханян (да здравствует!)

— Как бы вы отреагировали, получив приглашение, скажем, в Ереван на постановку мюзикла?

— Хорошо бы отреагировал.

— А вы, вообще, бывали ранее в Армении и если да, то что вам особенно тут запомнилось?

— Армянские горы, храмы, Севан, еда и, конечно же, люди — милые и гостеприимные. Удивительный мир!..




Не стало композитора Карена Хачатуряна...

В Москве на 91-м году жизни скончался народный артист России, профессор Московской консерватории, композитор Карен Хачатурян — племянник Арама Ильича. Карен Хачатурян являлся лауреатом ордена "За заслуги перед Отечеством" IV степени, обладателем Государственной премии СССР и многих других наград.

Для многих творчество Карена Суреновича, его имя ассоциируется с детством и ведет в яркий, образный мир сказки. Это благодаря его музыке к знаковым мультипликационным фильмам "Лесные путешественники", "Когда зажигаются елки", "Необыкновенный матч", "Кот и пес", "Желтый аист", балетам "Чипполино", "Белоснежка и семь гномов".

Карен Хачатурян с блеском окончил музыкальную школу им.Гнесиных, класс Ольги Гнесиной. В консерваторию поступил в 1941, и с первого же курса его забрали в армию. "Я находился под Москвой. Вместе со мной был и Бабаджанян Арно, — вспоминал Хачатурян. — Мы рыли окопы. Наступил 1942 год. Консерватория была в эвакуации, и Берия решил создать Армейский ансамбль песни и пляски, я оказался там. В основном аккомпанировал певцам и танцорам. Это не особо меня привлекало, я хотел писать музыку к танцам, песни". После войны Хачатурян продолжил обучение в консерватории у В. Шебалина, но вскоре увлекся музыкой Шостаковича и продолжил обучение у него. "Вообще мне очень повезло, — признавался Карен Суренович. — В жизни я встречался со многими замечательными, гениальными людьми! Общался я с Прокофьевым, Стравинским, Ойстрахом, Ростроповичем... По просьбе Ростроповича я написал сонату для виолончели и фортепиано".

Первым сочинением, которое принесло ему крупный успех, была соната для скрипки и фортепиано op.1, удостоенная в 1947 году 1 премии на Первом Всемирном фестивале молодежи в Праге. Впервые автор исполнил сонаты с Л.Коганом, а позже Ойстрах, услышавший ее по радио, изъявил желание ее сыграть.

Еще в консерватории случилось так, что Карену Хачатуряну предложили написать музыку к мультфильму. Он с удовольствием согласился. После этого фильма предложили другую сказку, и так постепенно Хачатурян стал композитором-сказочником и, как он признавался, в общем-то, этим и зарабатывал себе на жизнь. Потом ему предложили работать на студии Союзмультфильм. Хачатурян очень любил детей, и писать для них музыку ему было очень интересно. "Она должна быть лаконичной, яркой, образной, и это меня очень увлекало. Мне предложили написать музыку к сказке Джанни Родари "Чипполино". Я прочел сказку, и она меня очень увлекла..." Спустя некоторое время родился балет "Чипполино", покоривший сердца как детей, так и взрослых.

Немногим известно, что помимо множества разножанровых произведений, созданных Кареном Хачатуряном, он написал гимны Занзибара и Сомали. "Когда Хрущев пришел к власти, то до него дошло, что в Занзибаре, а у власти был тогда султан, в порту произошла заварушка, — смешно рассказывал Карен Суренович. — Султан — в самолет и, раз, улетел в Лондон. Президентом стал грузчик, который работал в том же порту. И стал вопрос о гимне, чтобы представлять страну. Обратились в СССР. Как-то летним солнечным деньком встречает меня в Союзе композиторов Хренников и говорит, что ему от Хрущева звонили, надо написать гимн для Занзибара и спрашивает: "Каренчик, сможешь?" Смогу, ответил я. Хренников позвонил в ЦК и сказал, что Карен напишет. Месяц я находился в Занзибаре. Кстати, красивейший остров, правда, маленький, проникся атмосферой и написал. Занзибарцы приняли его. Что же до Сомали, был такой Завен Вартанян, работал у Фурцевой, позвонил и предложил написать гимн для Сомали, сославшись на мой опыт работы в Занзибаре. Вот так все и произошло... в далекой-далекой Африке".

* * *

Председатель СК России Владислав Казенин, который много лет проработал с Кареном Хачатуряном, признался, что его смерть — "огромная потеря для всех музыкантов и нашей страны, и мира". "Он был очень популярный и известный музыкант. Вся его жизнь была связана, прежде всего, с консерваторией и с Союзом композиторов. ...Да, конечно, возраст, что делать, но он всегда был очень энергичный, очень деятельный, болел за все наши музыкантские дела и очень ярко выступал против всех трудностей и сложностей нашего нового времени. Царство ему небесное. Он всегда останется с нами и как композитор, и как наставник, и как замечательный общественный деятель мирового масштаба", — заключил Казенин.



понедельник, 18 июля 2011 г.

"Золотой абрикос": финальное крещение... водой

Завершился 8-ой международный кинофестиваль "Золотой абрикос". Церемония закрытия состоялась на открытом воздухе на территории комплекса "Латар". Организаторы хотели провести вручение на фоне Арарата у симпатичного водопадика и в лучах заходящего солнца. Но у погоды были несколько иные планы, и на креативную режиссуру финального вечера погода ответила проливным дождем!

Гостям пришлось раздать желтые плащи, в результате чего все превратились в "золотистые абрикосы". Ни одна из присутствующих дам не могла раскритиковать наряд другой, так как все выглядели одинаково, даже победителей и тех сложно стало отличить друг от друга. И это в лишний раз доказало, что главное -- не победа, а участие.

Первым делом Атом Эгоян вручил специальный приз за достижения в кино выдающемуся венгерскому режиссеру Бэле Тарру: "Как-то Гас Ван Сент по просмотру одной из картин Тарра объявил, что его представления о кино полностью изменились, -- рассказал Эгоян. -- И те, кто следил за творчеством Ван Сента, мог заметить резкую перемену, произошедшую в его работах. Этого одного эпизода достаточно в доказательство того, насколько мощно влияние Тарра на кинематографистов".

Затем пошли специальные призы. Их вручили Британский Совет и Союз кинематографистов Армении, высоко оценив картину Арута Шатяна "Заканчивая мою жизнь", а приз имени Гранта Матевосяна за лучшую сценарную идею получил Эмиль Мкртчян ("Космический корабль"). От имени Армянской национальной киноакадемии выступил Давид Мурадян, который вручил мексиканскому режиссеру Паоле Маркович специальный приз за ее фильм "Приз". Экуменическое жюри выделило "Европолис" Корнела Георгиты, а приз FIPRESCI увезет с собой Ибрагим Саиди ("Манду").

В рамках "Золотого абрикоса" впервые была представлена конкурсная программа "Косточка". Приз в этой номинации получил Петр Субботкин ("Глазго"), а турецкий режиссер Серхат Карааслан получил диплом.

В номинации "Международные игровые фильмы" Золотой абрикос достался иранцу Ахгару Фагради за очень глубокий фильм "Надер и Симин: развод", Серебряный абрикос получила Парк Чун-бум за бесподобные "Мусанские дневники", и еще один специальный диплом был вручен Паоле Маркович.

В номинации "Документальное кино" Золотой абрикос достался Александру Нанауи за картину "Мир, согласно Йону Б.", а Серебряный абрикос умудрились поделить на три равные части авторы фильма "Летнее пастбище": Лин Ми И, Нельсон Уокер и Церинг Перло. Диплом достался Ахмаду Сейедкешмири ("Ничего сверхъестественного").

И, наконец, в Армянской панораме главный приз завоевал Арут Шатян ("Заканчивая мою жизнь"), второй -- Эмиль Мкртчян ("Космический корабль"), а Анастасия Попова ("Последний хиппи розового города") была отмечена специальным дипломом.

Фестиваль денно и нощно освещали зарубежные журналисты. Вот что пишет обозреватель сайта www.kino-teatr.ru Екатерина Визгалова: "Фестиваль был интересен, в первую очередь, сильной конкурсной программой: отборщики не пошли по пути открытия новых имен в кинематографе, а включили в конкурс картины, которые уже были показаны и получили известность на лучших фестивалях мира. Таким образом, у зрителей и гостей фестиваля возникла уникальная возможность за одну неделю увидеть все лучшее, что было сделано в мировом кино за год".

* * *

Итак, фестиваль завершился, и остается прожить целый год в предвкушении следующего "Золотого абрикоса". Очень хотелось бы надеяться, что за это время наконец-то тронется с мертвой точки вопрос фестивального центра, ведь все зарубежные кинодеятели считают, что "Золотой абрикос" честно заслужил право считаться одним из самых престижных киносмотров в регионе!

вторник, 12 июля 2011 г.

"Золотой абрикос" расширяет формат

На площади Шарля Азнавура в воскресенье состоялось торжественное открытие VIII международного кинофестиваля "Золотой абрикос". По красной ковровой дорожке в кинотеатр "Москва" прошли артисты и кинорежиссеры из более чем 40 стран. Специальным гостем фестиваля стала прославленная французская актриса Фанни Ардан.

Как и в прошлом году вести церемонию открытия было доверено французскому режиссеру Сержу Аведикяну, лауреату прошлогодних Канн. Вначале Серж, вкратце представив историю фестиваля, отметил, что в прошлом году "Золотой абрикос" вступил в пору зрелости. В этом же году он разросся — были добавлены новые номинации.

В этот раз наш "Абрикос" получил рекордное количество заявок — 630 из 81 страны, было же отобрано 150. На фестивале будет четыре конкурсные программы: международные игровые и документальные фильмы, "Армянская панорама", а также программа короткометражных игровых фильмов. Помимо этого, появилась новая номинация для начинающих армянских режиссеров — "Кориз" ("Косточка"), очевидно, абрикосовая. В нее вошли 25 короткометражек молодых армянских режиссеров. Будет представлена также новая программа "Кино СНГ: 20 лет независимости" с десятью лучшими фильмами стран СНГ, снятых за последние два года.

Желающих попасть на открытие кинофестиваля было раза в три больше, чем мест в Красном зале "Москвы", но, на удивление, все, кто хотел, таки просочились внутрь. В этой связи гендиректор кинофестиваля Арутюн Хачатрян недвусмысленно дал понять присутствующему на открытии премьер-министру, что не плохо бы было в следующем году провести фестиваль в специальном помещении, которое смогло бы вместить большее количество киноманов. А вообще-то надо строить новый полифункциональный зал.

"Сегодня уже трудно представить себе жаркое ереванское лето без этого фестиваля. Это прекрасное культурное событие для нашей страны. Правительство приложит все возможные усилия для дальнейшего развития кинофестиваля", — отметил Тигран Саркисян. Хотелось бы надеяться...

Билеты на фильмы "Золотого абрикоса" уже стоят 500 драмов вместо прежних 300. "Билеты подорожали, поскольку кинотеатр "Москва" обновил технику, и чтобы покрыть расходы, администрация кинотеатра попросила повысить цены на билеты", — объяснил ранее директор фестиваля, отметив, что 300 драмов — это смешная цена, а 500 драмов — уже нормально. Напомним, что генеральным спонсором "Золотого абрикоса" вот уже несколько лет выступает компания ВиваСелл-МТС, и именно благодаря содействию компании билеты до сих пор стоили так дешево.

Арутюн Хачатрян также пригласил на сцену генерального спонсора Ральфа Йирикяна, вместе с которым и объявил об открытии кинофестиваля. Традиционно последовали награждения, и первым специальным призом "Талер Параджанова" (серебряные копии "монет-талеров", которые в заключении изготовил из алюминиевых молочных крышечек маэстро Параджанов) была награждена почетный гость, знаменитая французская киноактриса и режиссер Фанни Ардан. "Для меня большая честь получить эту награду. Где, как не в Армении, должно было состояться подобное мероприятие: ведь Армения находится на стыке между Западом и Востоком", — заявила Ардан. Актриса привезла в Ереван свои режиссерские работы, в частности, фильмы "Прах и кровь" и "Исчезающие химеры".

Кинофестиваль начался демонстрацией фильма знаменитого иранского кинорежиссера Аббаса Киаростами, ставшего в прошлом году лауреатом Каннского фестиваля.

* * *

"Все больше картин, все больше гостей", — об открытии "Золотого абрикоса" пишут голливудские газеты. Армяне вынуждены приветствовать свою аудиторию на 10 языках. Как удалось без обильного орошения денежными потоками от нефтяных труб вырастить на засушливой почве такой урожай "золотых абрикосов" — остается загадкой. Количество картин — как в Карловых Варах, количество именитых гостей приближается к ММКФ, а бюджет в 10 раз меньше. И главное — кто приехал сюда хотя бы раз — обязательно возвращается! — сообщает корреспондент "ТВ Центр" (Москва) Анна Уфимцева. И продолжает: — Сейчас в Ереване работает 1,5 кинотеатра — вот этот "Москва и еще один, почти закрытый за нерентабельность. Налицо еще одно противоречие — гостей и фильмов становится все больше, а места для показа все меньше. Сегодня в зале негде было не только сидеть, но и стоять".




четверг, 7 июля 2011 г.

Валерий ГАРКАЛИН: "Я успел поработать в настоящем кино!"

Кроликов, Шниперсон, Алмазов... Прошло немало лет, но многие запомнили его именно по этой роли и до сих пор с удовольствием цитируют фразы из фильма "Ширли-Мырли". Он и поныне желанный гость в любом проекте — ведь с ним фильм моментально приобретает звездный статус! На его счету 66 фильмов и сериалов, 20 спектаклей, причем — главные роли в постановках и кинофильмах по известнейшим произведениям.

Итак, мой интер-гость — народный артист России, профессор, художественный руководитель мастерской эстрадного факультета РАТИ (ГИТИС) Валерий ГАРКАЛИН.

— Валерий Борисович, сегодня Ереван живет активной кино- и театральной фестивальной жизнью. Не собираетесь ли вы приехать в Армению?

— Я бы с радостью приехал в Ереван еще и еще раз, но, увы, ни разу ко мне не поступало ни одного приглашения с просьбой участия в ваших фестивалях...

В Ереване за свою уже немаленькую жизнь, конечно же, бывал. Дважды. И обе поездки были незабываемы... Впервые я там оказался вместе со всем своим актерским курсом в Новый тогда еще 1978 год (!) — мы тогда привезли на детские каникулы свой первый спектакль — рок-оперу "Терем-теремок". Стояли теплые солнечные дни, мы были молоды, талантливы и казалось, что жизнь наша вечна, как и эти горы с вечными ледниками-шапками. Ереван — один из самых красивых городов мира... А второй раз я приехал с Арменом Джигарханяном и его театром по случаю его 60-летия. Тоже было замечательно. С Арменом мы тогда объездили Армению... Он мне показал свой город Ереван, не забыть мне и поездку к Католикосу в Эчмиадзин.

— Насколько вы информированы о сегодняшнем армянском кинематографе?

— И о состоянии вашего кинематографа я тоже в неведении. Что поделать, мы так разобщены в силу поменявшихся общественных отношений... Но я верю, что такое положение дел будет недолгим, и мы вновь обретем друг друга .....

— В комедии Владимира Меньшова "Ширли-Мырли" остроумно обыграна мысль о том, что все люди — братья. По-вашему, эта утопия имеет "право место быть"?

— Следующий ответ просто вытекает из предыдущего. Конечно, это так! Мы братьями и сестрами пришли в этот мир, таковыми и останемся! И я бы ни в коем случае не смог бы называть эту прекрасною идею братства утопией! Поэтому мы все — участники и создатели "Ширли-мырли" — этой по истине народной комедии — с таким упоением и воодушевлением работали над ней! Как говорится, "время камни разбрасывать, а время их собирать..." Так вот, уже давно, по-моему, время эти камни, наконец, собирать!

— Куда, по-вашему, движется постсоветское кино?

— Мне крайне трудно судить об этом... Я не самый мудрый и талантливый эксперт. Я не все в нашем кино видел, я не слежу за творчеством выдающихся деятелей отечественного кинематографа. Чаще я стал видеть их великие имена в черных рамках... На фестивали меня особенно не приглашают, и московские премьеры обходятся без меня... Но все, что не прошло мимо меня или я не прошел мимо, у меня особого восторга не вызывает. Не хотелось бы перед вами предстать в качестве воинствующего ретрограда, но я успел поработать в настоящем кино, где высокий профессионализм и прежде всего художественный уровень любого фильма, создававшегося в ту пору, были неотъемлемой частью кинопроцесса. Увы, ничего подобного я сказать сейчас не могу...

— Популярность к вам пришла уже в зрелом возрасте. Вы стремились к известности или не это казалось главным?

— Даже не знаю, как ответить... Будет лукавством, если скажу, что известность, популярность меня не волнуют, не касаются... Это просто неправда — устремляясь к успеху в каждой своей роли, в каждой своей работе, артист не может игнорировать эти составляющие. Скажу даже больше — каждый из нас об этом по-настоящему мечтает! А рано это произойдет или поздно, значения не имеет — важно не "зазвездиться"!

— В фильме "Досье детектива Дубровского" вы сыграли мага. А в жизни вы суеверны — верите, скажем, в "театральные" приметы?

— Я не суеверен. Абсолютно. Но в неслучайность наших встреч, знакомств я очень верю.

— Говорят, вы пытались отговорить дочь от желания стать актрисой. А как сегодня — вы довольны ее карьерой?

— Моя дочь занимается родственным делом — продюсирует известный в Москве театральный коллектив под названием "Саунддрама", она увлечена андеграундом, и, по-моему, счастлива, что не актриса.

— История не терпит сослагательного наклонения, но тем не менее, если бы представилась возможность начать жить сначала...

— Нет, нет, никаких "если бы"! Многое из того, что мы пытаемся погрузить в сослагательное, превращается в ничто. Советую быть реалистами и жить только своей жизнью! Большую часть я ее прожил, и она была такая, какая была... моя!

— За последние годы вы пережили немало ударов судьбы: инфаркт, потеря любимой супруги Екатерины... Как после пережитого вы нашли в себе силы и снова встали в строй?

— Если мне уготована участь — жить после моей любимой Катеньки, то я должен жить полной жизнью. Но зачем же мне придумывать себе другую жизнь, когда в моей была такая женщина! И я хочу жить именно своей жизнью и помнить в ней... о ней!

суббота, 2 июля 2011 г.

Мария АРБАТОВА: «Ксенофобия для меня ещё и глубоко семейная тема — мой муж индус»

Ереван — Всемирную столицу книги в 2012 году — посетят известные литераторы. С некоторыми уже ведутся переговоры.

Мария АРБАТОВА — известная писательница, телеведущая и журналистка, активная деятельница феминистского движения, член Союза писателей Москвы и Союза театральных деятелей России. “Собираетесь ли вы в рамках мероприятий, которые будут проводиться в 2012, приехать в Армению?” — с этого вопроса началась наша интернет-беседа.

— Если пригласят, обязательно приеду. Я была в Армении 34 года тому назад и не могу делить впечатление на куски. Армения для меня внутренне близкая страна. Я получаю наслаждение даже от армянского акцента. Во время поездки я была беременна сыновьями, и из-за этого блюда армянской кухни казались мне слишком экстремальными, так что в восторг меня приводила только ариса. Но ее очень сложно готовить.

— У вас довольно широкий спектр деятельности — как все совмещаете?

— Моя основная профессия — литература. Я долго писала пьесы, потом перешла на прозу, иногда работаю для кино. Что касается общественной деятельности и статей в интернете, то это просто высокий социальный темперамент. Но, безусловно, я добровольно перегруженный человек, и времени на все не хватает.

— Говорят, когда-то вы были активисткой московского движения хиппи...?

— Не активисткой, а частью этой субкультуры. Для проявления лидерских качеств на подобном поле мне было слишком мало лет. Я попала в среду хиппи в пятнадцать, когда училась в Школе Юного Журналиста, и хиппи разгуливали возле нас по дворику журфака. Так получилось, что в моем распоряжении были две комнаты в коммуналке на Арбате, и я устроила там что-то типа богемного салона с привлечением хиппи. Но лидера хипповской системы Юру Солнышко я туда не пустила ни разу, поскольку понимала, что процессы после этого пойдут неуправляемые. Безусловно, молодежная протестная среда сформировала меня как довольно смелого человека, ведь мы выходили со своими детскими лозунгами и фенечками против тоталитарной машины, и она прессовала нас по-взрослому. Позже к моей компании примкнула искусствовед и астролог Зара Малоян. Мы вместе учились на философском факультете МГУ, а потом выпили чайник глинтвейна, вызвали дух Марины Цветаевой с помощью блюдечка, получили указание бросить университет и немедленно исполнили его, к ужасу родни. Зара вернулась в Ереван, и в каком-то смысле этим закончилась наша бурная молодость.

Об этом написана моя пьеса “Сейшен в коммуналке”, которую любят ставить молодежные театры. Меня там зовут Даша, а Зару — Карина. Сейчас пьеса с успехом идет в Питере под названием “Мне не хватает свободы”, музыку для спектакля написал известный музыкант Чиж.

— Вы основатель “Клуба женщин, вмешивающихся в политику”. Что это такое?

— Это политический дискуссионный клуб, созданный мною в 1996 году после выборов Ельцина. Он мягко заходит на политическое поле, но не претендует на то, чтобы стать политическим движением или партией. Члены нашего клуба ходили на выборы всех уровней, включая президентские.

— А как же “женщина на корабле — плохая примета: быть беде”?..

— Россия давно вышла из патриархальной дикости, и женщины занимают видные позиции в политике и бизнесе. Увы, пока это еще не пятьдесят на пятьдесят, но положительная динамика огромна. Международное сообщество считает сегодня наиболее взвешенной и социально ориентированной политику, проводимую скандинавскими странами, в которых женщины составляют половину всех ветвей власти. А наиболее боеспособными армиями мира являются армии Великобритании и США, в которых нет ограничений для женщин.

— Вы живое опровержение того мнения, что женщины, отдающиеся работе или общественной деятельности, утрачивают женские черты. Вы серьезно занимаетесь психологией — это помогает вам находиться в равновесии?

— Я просто цивилизованный человек и живу в среде цивилизованных людей, которые не мыслят подобными сексистскими штампами. По одной из профессий я — консультирующий психоаналитик, работающий с супервизией. Для подобной деятельности отсутствие психологического равновесия — это профнепригодность...

— Как вы решаете вопрос женской самостоятельности в вашей семье, ведь вы наверняка самодостаточный, сильный и умный человек, а мужчины редко терпят рядом с собой таких женщин?

— Личностно состоявшимся мужчинам не нужны женщины, находящиеся ниже них по уровню интеллектуального и социального развития. Все три мои мужа — состоявшиеся люди и брак не был для них местом самоутверждения. Так что бытовые обязанности делились всегда ровно пополам, и мои сыновья строят свою жизнь по подобному сценарию, не деля домашнюю сферу на мужскую и женскую.

— Как вы относитесь к тому, что авторское право сегодня эволюционирует, да так, что подтверждать его можно чуть ли не по датам электронной переписки?

— Авторское право всегда подтверждалось подобным образом. Даже в глубокий застой человек писал произведение, отправлял его себе по почте, и конверт с почтовым штампом, имеющий число, являлся доказательством в суде. Сегодня авторское право скорее деградирует из-за интернета. Тиражи книг падают из-за пиратских скачиваний для электронных носителей. Мои дела ведет самый серьезный российский литературный агент, но пока бессилен и он, и теряющие на этом деньги издательства.

— А как вы относитесь к тем людям, которые пишут, чтобы жить?

— Спешу напомнить, что за долги писали и Пушкин, и Достоевский. Вопрос состоит не в том, для чего человек пишет, а в том, насколько он одарен. Есть масса людей, зачем-то делающих то, что им стопроцентно не дано. Будучи членом жюри литературных конкурсов, я, естественно, отношусь к ним с раздражением, ведь всю эту макулатуру они регулярно присылают по интернету в надежде получить премии.

— Сегодня благодаря всемирной паутине мы с вами можем общаться. С другой стороны, бытует мнение, что именно интернет тормозит развитие молодежи...

— Я так не считаю, совершенно все равно, берет человек информацию из интернета или из библиотеки Ленина. Он все равно берет только ту информацию, которая нужна ему. Зато интернет дарит молодым целый мир и учит его быть гражданином мира.

— И, наконец, о мире. В наши дни главным объектом ксенофобии в России становятся мигранты. Как, по-вашему, в чем причина и как возможно противостоять этому явлению?

— Ксенофобия для меня еще и глубоко семейная тема — мой муж индус... Проблема российской идентичности, к сожалению, часто скатывается к национализму, и литературная среда напичкана агрессивными русофилами. У меня как у либералки, занимавшейся политикой, есть большой опыт организации антиксенофобских проектов. Но проблема может решаться только на самом высоком уровне и связана с реформой МВД и других ведомств, крышующих этническую преступность и тем самым создающих отрицательный имидж трудовых мигрантов.