Культура — это стремление к совершенству посредством познания того, что более всего нас заботит, того, о чем думают и говорят... А заботит нас сегодня, как раз, отсутствие этой самой культуры. Замкнутый круг?.. О том, как выйти из сложившейся непростой ситуации, читайте в эксклюзивных интервью видных деятелей культуры Армении… и не только.

суббота, 29 января 2011 г.

"Крылатому" — летать!


Новый взлет Заруи Антонян

В Ереванском театре кукол состоялась премьера спектакля "Крылатый" по мотивам рассказа Г.Маркеса "Очень старый человек с огромными крыльями". Это вторая режиссерская работа Заруи АНТОНЯН. Ее дебютная постановка — "Сказка, упавшая с облака" — заставила заговорить о ней не только ереванских театралов, но и именитых критиков. Спектакль был высоко оценен на различных европейских смотрах, в том числе на престижном российском фестивале "Золотая маска".

— Почему Маркес и почему именно в Кукольном театре? Маркес и куклы — это вроде как два полюса-антипода (мы беседовали незадолго до премьеры).

— Не могу назвать себя большим знатоком творчества Маркеса, но мне запал в душу его рассказ. По большому счету сказка для детей — причем всех возрастов: начиная от ясельного, заканчивая пенсионным. На трех с половиной страницах гений Маркеса умудрился показать нам Чудо — от его рождения до печального конца. Начинается все с того, что к людям прилетает старый человек с огромными крыльями. Кто он: птица или человек? Добрый ангел или ангел смерти? Люди неспособны и не хотят поверить в чудо. Единственное, что им удается, — заработать немалые деньги, выставляя нежданного гостя напоказ всей округе. Они держат его в курятнике, но он мерещится им повсюду, и это раздражает. Чего только стоит кульминационная фраза: "Это настоящая пытка — жить в аду, набитом ангелами!" В результате ангел заболевает и покидает людей — навсегда улетает. Они даже не пытаются его задержать...

— Ты и актриса, и режиссер. А что перевешивает?

— Я — кукольник. Окончив кукольный курс Института театра и кино, стала актрисой сразу двух театров — кукольного и пантомимы, успела сыграть и несколько драматических ролей. Одной из знаковых для себя считаю Сонечку в спектакле Нарине Григорян "Шар голубой".

Владение собственными руками — это основа моей профессии, и мне было жаль, что все то, чему нас в этом плане обучали, осталось в рамках студенческих этюдов. Как-то мы собрались друзьями выяснить, на что способны наши руки, но не было пьесы, а был только маленький детский стишок: "Лучик солнца, свети мне всегда..." Была только девочка, которая рождается из солнца. После полугода работы появились и остальные образы... В результате возникла "Сказка, сорвавшаяся с небес".

Сегодня в театре очень принято синтезировать жанры, микшировать формы. Мы понимаем, что современный актер должен уметь все, но именно театр кукол дает много возможностей для актера. Это отнюдь не умаляет других театров — у каждого из них свой язык. К примеру, спектакли Театра пантомимы всегда привлекали меня своей символикой, атмосферой, какой-то таинственностью. Но оказалось, что больше я люблю мир кукол. Для меня прелесть театра в том, что ты можешь создать свой мир, и он должен быть в какой-то степени волшебным. Кукольный жанр это позволяет.

...Искусство выражает дух и состояние человеческой души своего времени. Эта мощь присутствует в искусстве Возрождения, но мы живем в другое время. Когда мы начинали работу над Сонечкой, очень многие говорили, что это утопия — кому нужна в Ереване Цветаева? Но театр — это диалог, и я не за то, чтобы идти на поводу у зрителя. Думаю, пришло время, когда мы должны диктовать ему.

— И что же нового диктует зрителю "Крылатый"?

— Многое. Но диктуем не мы, а Маркес. Мы лишь попытались донести его нестареющие мысли в ином формате. Как это у нас получилось — решать зрителю. Вот тогда и начнется наш диалог. Для меня это своеобразный эксперимент. Я очень люблю руки, считаю их одним из мощнейших инструментов передачи самых тонких чувств и эмоций. В этой работе я решила пойти дальше — к куклам и рукам я подключила... ноги. Пойти на такой эксперимент — большой риск. Мне и сейчас сложно сказать, что будет со спектаклем — надо сначала его показать зрителю. Вот сыграем, и станет ясно — спокойно жить "Крылатому" или летать!..

P.S. Премьера "Крылатого" прошла более чем успешно. Такой глубокой, нежной и в то же время точной интерпретации рассказа Маркеса не ожидали даже скептики (вроде автора статьи). Можно с уверенностью сказать, что Заруи Антонян имеет смысл поскорее взять "руки в ноги" и везти постановку в Европу. Без сомнения, этот спектакль не просто украсит, но и станет воистину "Крылатым" на всех театральных фестивалях.




среда, 26 января 2011 г.

Акоп КАЗАНЧЯН: "С точки зрения нуворишей Шекспировский фестиваль предприятие нелепое"

До начала театрального фестивального сезона еще далеко, но есть немалые опасения, что Международный шекспировский фестиваль этого года не состоится. В прошлом году дамоклов меч с трудом удалось отвести все почем свет ругали недальновидного и корыстолюбивого мэра, однако позже, когда всё худо-бедно удалось разрулить, фестиваль-таки провели. Прошел год, мэр сменился, но проблема «почему-то» осталась. Напрашивается мысль: возможно, вопрос не столько в мэре города, сколько в мере способностей власть имущих оценить всю важность мероприятия, в целом?..

Как сложится ситуация на этот раз? Президент фестиваля, председатель СТД Акоп КАЗАНЧЯН надежды не теряет.

— Прискорбно, но в этом году есть куда более серьезные предпосылки для опасений за судьбу фестиваля. Хотя я, конечно, и не теряю надежды и собираюсь вскоре встретиться с мэром Кареном Карапетяном, ведь этот фестиваль в какой-то мере детище мэрии. Напомню, что в первые годы своего существования фестиваль активно поддерживался бывшим мэром Ервандом Захаряном, он был одним из тех, кто дал жизнь нашему начинанию.

Будет очень жаль, если один из самых ярких театральных фестивалей Армении прекратит свое существование. Думаю, наша встреча с мэром будет конструктивной.

— Специфика шекспировского фестиваля всем понятна. А есть у него другие отличительные черты? Особые.

— Главное отличие в том, что в рамках фестиваля никогда не было самодеятельных изысканий, предлагаемых в качестве "шедевров" современного театрального искусства. Мы стараемся приглашать людей с мировыми именами. В Ереван приезжали Брук, Калягин, Стуруа, МХАТ... — список длинен. Нынешний год не стал бы исключением — мы запланировали два спектакля всемирно известного режиссера Деклана Доннеллана — "Буря" и "Двенадцатая ночь".

— Может быть, проблема шекспировского "съезда" в том, что все надежды возлагаются исключительно на государство? Многие при этом сетуют, что у нас нет отлаженного продюсерского механизма. Вы, например, пытались привлечь внимание частных спонсоров?

— Конечно, пытались, и порой не безуспешно. Но давайте посмотрим на вопрос глобально. У нас не будет продюсерских центров до тех пор, пока компании, которым под силу финансово поддерживать серьезные проекты, будут продолжать действовать исключительно по велению власти. И потом у нас напрочь отсутствует культура независимого меценатства. При таком раскладе о каком "отлаженном продюсерском механизме" может быть речь?

Почему? Очень даже отлаженный механизм – просто раньше волшебным было слово «пожалуйста, а ныне это словосочетание «մեծն հովանի ներգո»…

— Сегодня потенциальному меценату не столь важны сама идея и ее наполнение, сколько то, чтоб приказ "оплатить" исходил свыше. И это в порядке вещей. В результате спонсоры с удовольствием оплачивают низкопробные проекты, типа "Новый год на армянском ТВ". И это пугает. Отклонюсь немного. Кто-нибудь задумывался, почему в армянской рекламе так часто звучит дворовый сленг? У меня свое объяснение: и продавец, и покупатель рекламируемого товара общаются именно на этом уродливом суррогате нашего языка. В том велика "заслуга" именно и людей с весьма сомнительным вкусом. Молодежь живет каким-то уродливым телевизионным днем. Поэтому для большинства молодых история Армении начинается с конца двадцатого столетия, но и о ней они толком не знают. Естественно, на этом фоне фестиваль, представляющий произведения какого-то там далекого и "чужого" Шекспира, с точки зрения нуворишей предприятие, мягко говоря, нелепое, если не смешное.

— Но ведь вы руководитель не только Шекспировского фестиваля, но и Союза театральных деятелей, разве ваш союз не предпринимает усилий для поддержания театральных фестивалей?

— В наше время творческие союзы, увы, приравнены к общественным организациям. Несмотря на многолетние обещания, законы о творческих союзах, равно как и о театре, так и не приняты. Создается стойкое ощущение, что союзы мешают определенным структурам (да и, кажется, конкретным людям) спокойно жить. Иначе говоря, они некий атавизм, который необходимо отсечь. Ликвидировать.

Не хотелось бы сравнений, но и удержаться не могу. К примеру, украинский СТД получает огромную госдотацию для проведения всевозможных фестивалей и координации театрального процесса в стране. Результаты более чем впечатляющие. У нас же приходится с грустью констатировать, что творческие союзы бессильны против шоу-бизнеса и телевидения. Бессильны и беспомощны!

— И все же каким вам представляется ближайшее будущее?

— Я оптимист, да и сдаваться не собираюсь. Думаю, надо положить конец застольным речам, стать более лояльными к критике, да и вообще — начать реально оценивать арт-ситуацию в Армении. Проблемы надо решать, а не передавать по наследству от одного чиновника другому. Для этого надо научиться слышать обоюдоострую, порой, критику и делать адекватные выводы, а не рубить с плеча.

Наконец, надо покончить с провинциальным мышлением. Так, уверяю, прочитав это интервью, представитель оппозиции решит, что я переметнулся в их стан, а госчиновник решит, что я под него копаю. Все намного проще. Я просто думаю о будущем нашей страны. Никто из нас не имеет права не быть оптимистом и не думать о том, что мы оставляем нашим потомкам — какие ценности.

вторник, 25 января 2011 г.

Мадат улетел, но обещал вернуться...

Если раньше представители искусства уезжали за тем, чтобы кое-как пробиться и получать адекватную зарплату, то теперь среди уезжающих немало людей обеспеченных и довольно востребованных в своих областях. Взять того же подавшегося в Канаду Армена Мартиросяна — руководителя государственного биг-бенда Армении. Публика его жаловала, да и финансовых тягот он не испытывал. Не хотелось бы думать, что выработана некая модель выдавливания, отторжения людей культуры, как было с Гергиевым, Дуряном, Чкнаворяном, Карабекяном... Поговаривали, что эстафетную палочку Мартиросян передаст аранжировщику и композитору Мадату Аванесову. Однако разнеслись слухи, что и тот решил уехать. Спустя некоторое время слухи подтвердились — Аванесов в Москве! За разъяснениями мы обратились к самому Мадату АВАНЕСОВУ.

— Спешу сообщить — переезжать в Россию с концами не собираюсь. Просто мне предложили здесь то, о чем давно мечтал — написать музыку к спектаклю! Мой отъезд прошу рассматривать исключительно как творческую командировку.

— Этот ответ стал традиционным... Далее последует — "контракт продлили", а потом "мы тебя никогда не забудем". Старая песня...

— Ну, во всяком случае, не старее песни о, мягко говоря, неразберихе в армянской культуре. К примеру, в Ереване меня лишь разок пригласили поработать в театре — совсем недавно, когда надо было заменить отбывшего музыкального руководителя Камерного театра. И то на время. Почему наши театры столь пассивны? Почему Минкульт не обязывает их проводить конкурсы на, скажем, лучшее музыкальное оформление спектакля, подкрепляя это адекватным денежным вознаграждением?

Что же касается будущего нашего биг-бенда, думаю, Мартиросяна не стоит списывать со счетов. Не обязательно, чтобы худрук оркестра всегда стоял за пультом. Тот же Гаранян руководил одновременно несколькими оркестрами, разъезжая из города в город. Совсем недавно в Москве прошел концерт с участием оркестра под управлением Бутмана, в то время как его самого там не было. Так что это явление нормальное...

Кстати, о саксофонистах. Всё бы хорошо, да как быть с Арменом Уснунцем, уже с месяц-полтора официально принявшим руководство биг-бендом?

— Если честно, то для меня это новость. Возможно, он просто принял музыкальное руководство оркестром — то есть, вернулся на позицию, на которую меня некогда привел Мартиросян, вместо того же Уснунца? В этом случае, всё нормально — человек вернулся на старую работу… Ну, а если даже худруком? Думаю, Уснунц не только не даст оркестру опустить планку, но и даже повысит её.

Учитывая осторожность твоих высказываний, ты действительно собираешься вернуться… А кто именно тебя пригласил в Москву?

— Поработать в Московском театре Параджанова меня пригласил худрук — Владимир Габбе. Работа интересная, я, как говорится, дорвался до сладенького. А то ведь в Ереване уже выработался некий довольно неприятный стереотип: Мадат Романыч — профессиональный аккомпаниатор.

— Ну это твоя вина, что тебя именно так воспринимают...

— Да, мой "грех" в том, что я научился любить искусство без отрыва от производства. Вот меня и приметили, стали приглашать из проекта в проект. Но профессиональным ростом подобная деятельность, увы, не грозила. "Обкатка" прошла довольно успешно, однако дальше уже все сугубо индивидуально — надо уметь ставить перед собой свои задачи и решать их.

Сегодня в Армении до неприличия мало внимания уделяется альтернативному творчеству — да чего там, даже об альтернативном мышлении в искусстве практически забыли. И рок, и джаз, и соул, и даже классика — практически все играется одинаково. Везде какие-то клише, которые почему-то нельзя нарушать. Творчество в футляре!

Ну, вот ты и вырвался из клетки. Но посмотри что получается: казалось бы, композиторы пишут хорошую музыку, театральные артисты стараются хорошо играть в сериалах, художники рисуют хорошие декорации для разного рода концертов, а все вместе делаем одну большую бяку под кодовым названием «армянский шоу-бизнес». Не честнее ли вместо того, чтоб шептаться по кафешкам, а потом втихомолку уезжать из страны, попытаться создать что-то свое?..

— Я не считаю, что это дело единиц, пускай даже объединенных в некие множества. Страна, у которой нет осознанной культурной политики, еще долго будет находиться в подобном положении. Утверждение, что настоящий поэт должен быть голодным, мне кажется, давно перестало быть актуальным. Такие поэты оказываются потом весьма опасными. А те деятели культуры, которым действительно есть что сказать и чему научить молодых, сегодня забыты или попросту находятся в таком незавидном материальном положении, что им далеко не до преподавания.

Искусство спонсируется государством — что есть, то есть, — но кто получает эти деньги? На что они идут? На пропаганду итальянской музыки? Или попытку напомнить стране о тех, кто уже давно выступает за ее пределами?

За последние годы было крайне мало масштабных акций, пропагандирующих армянскую музыку. К примеру, на территории СНГ это был проект "Ереван-Транзит". Вы только выдумайтесь, звезды российской эстрады пели песни Бабаджаняна, Орбеляна, Аветисяна, Сатяна. Честь и хвала шармовцам — думаю, таких проектов должно быть по возможности много!

В наших оркестрах работает много прекрасных музыкантов, которых надо поддерживать и давать им возможность роста. Ради Бога, привозите Доминго, хотя эти деньги целесообразнее было бы вложить в те же оркестры. Ну, привезли и привезли — так организуйте дело на том уровне, чтоб получить с этого прибыль и хоть часть от неё вложить в развитие собственной культуры. В чем смысл привозить звезд за госденьги, чтобы потом еще выходить с минусом? Не говорит ли это о том, что этой деятельностью должны заниматься не доморощенные продюсеры или менеджеры — в прошлом, музыканты, — а знатоки своего дела? И делать надо упор не на импорт заокеанских культурных ценностей, а на экспорт и пропаганду армянской культуры! Должны быть задействованы профессиональные продюсеры — нет своих, привозите из за рубежа, — которым будет предоставлена свобода действий и к которым государство обязано будет прислушиваться. Я имею в виду классную, профессиональную музыку, а не разных арменчиков.

Рынок, который мог бы обеспечить достойную жизнь, вот чего нам не хватает. Состоится он — тогда и композиторы будут писать музыку, и дирижеры руководить оркестрами, и музыканты играть, а те, кто может и то, и другое, и третье — за что их надо беречь как зеницу ока (!) — не станут продавать дома и уезжать... в Канаду.

суббота, 22 января 2011 г.

Анна Элбакян: "Надо верно акцентировать вечное..."

Под занавес 2010 года в Ереванском государственном театре марионеток состоялась премьера спектакля “Принцесса на горошине”. Это была вторая режиссерская работа Анны Элбакян за прошедший год. Первой стала “Дюймовочка”, премьера которой с успехом прошла в июне.

— Как приняли зрители осеннюю “Принцессу”?

Очень тепло! Ведь это спектакль как для детей, так и для взрослых. И участвуют в нем как “маленькие актеры” — куклы, так и “взрослые” — сами актеры. Что интересно, многие из взрослых возвращаются к нам позже, без детей, чтобы посмотреть спектакль еще раз.

— Пару слов о самом спектакле.

— Инсценировку спектакля сделала моя дочь — актриса Лили Элбакян, а автор песен — композитор Рузан Бандурян. Что еще?.. Спектакль в стихах.

— Как вам удается на такой маленькой сцене создавать столь яркие спектакли?

— Я считаю, что дети — самые серьезные зрители, поскольку им понятны вещи, которые не подвластны взрослым. Посему я не делаю больших проектов — я делаю маленькие вещи, которые, как мне кажется, имеют большой смысл.

— А перед кем вы чувствуете большую ответственность: перед юным зрителем или перед взрослым?

Это несравнимо. В театре ребенок вручает тебе самое дорогое, что у него есть: свою чистую прозрачную душу и свое доверие. И творить в таких условиях следует очень осторожно! Ведь имеешь дело с завтрашним гражданином — что в душу ему заронишь, то и прорастет.

— А что для вас театр?

— Я живу в театре с 17-ти лет. Он — часть моей жизни, и для меня очень важна возможность передавать со сцены зрителю свой чувственный мир и непременно свою волю, чтобы, уходя из театра, зритель стремился изменить себя. У театра своя философская функция, для осуществления которой мы все трудимся. И все те, кто думают, что театр — это только удовольствие, глубоко ошибаются.

— Вопрос к актрисе Анне Элбакян: что главное в вашей работе в театре?

— Работа в театре — постоянный поиск: своего стиля, творческого подхода… Все это формирует тебя как личность. Необходимо четко представлять, что хочешь сказать зрителю, своему современнику. Именно современнику, ведь и в классике можно находить средства воздействия на тех, для кого творишь. Просто надо верно акцентировать вечное, чтобы оно прозвучало современно.

— Поговорим о Лили Элбакян. Я так понимаю, режиссура — это у дочки наследственное?..

Да, и я этому очень рада! Совсем недавно она поставила спектакль “Американский аджабсандал” (по Агаси Айвазяну) специально для представления на театральном фестивале драматургии Агаси Айвазяна. В спектакле, кроме нас с Арменом, заняты еще два актера. Премьеру состоялась в конце октября.

— Кого вы считаете своим Учителем?

— В первую очередь, Эдгара Элбакяна-старшего, научившего меня правильному отношению к профессии, к режиссерам. Самое главное, он объяснил мне, как не переставать “учиться” в театре, постоянно оставаясь “учеником”. Потом были Армен Элбакян, Сос Саркисян, Завен Татинцян, Николай Цатурян, Мара Кимелс из Прибалтики, у нее я сыграла свой дебют.

— А как в кино — есть новые предложения?

— Вы знаете, я бы не хотела пока говорить об этом. Не люблю сообщать что-либо, не будучи уверенной на сто процентов. Но ждите…

Вы суеверны?.. А как же актерское безрассудство?

— Считаю его пороком, плоды которого могут отрицательно сказаться на окружающих. Нужно быть не безрассудной, а спонтанной, взрывной, эмоциональной.

— А приемлете импровизацию?

— Да, почти всегда. Я люблю, сохраняя структуру роли, в каждом спектакле идти к импровизации и делать неожиданное, порою странное. То же самое и в режиссуре. Импровизация нужна всегда.

Да так, в принципе, и рождается большинство наших спектаклей — на импровизации. Без нее нет творчества. Импровизация, но ни в коем случае не отсебятина!

суббота, 15 января 2011 г.

2011 год: театральный анонс

2011 год будет достаточно интересен для театралов Еревана. Помимо того что пройдут традиционные международные фестивали, театры и другие коллективы готовят премьеры, которые, без сомнения, привлекут публику. Некоторые из них поделились конкретными планами. Впрочем, планы, конечно, могут претерпеть изменения. Как обычно и бывает.


В Театре оперы и балета им.А.Спендиарова продолжится показ “Аиды”, а 23 января спектакль будет вести швейцарский дирижер Марк Киссоци. Позже ожидается вывоз “Аиды” и “Спартака” за рубеж. “В этом году также планируется сдать балет “Ромео и Джульетта” и продолжить начатую в прошлом году работу над оперой “Саят-Нова”. Вместе с этим будет обновлен декор и реквизит “Кармен”, “Нормы” и “Жизели”, после чего они вновь будут включены в репертуар театра”, — обещает директор театра Камо Ованесян. Неплохо, если действительно удастся. “Саят-Нове” ведь хронически не везет.


Армянский филармонический оркестр со слов директора Давида Терзяна 21 января выступит с концертом, посвященным памяти маэстро Огана Дуряна, с участием скрипача из Великобритании Александра Ситковецкого. Дирижирует Эдуард Топчян, в программе будут представлены «Крунк» из «Комитасианы» Дуряна, второй скрипичный концерт Прокофьева и симфония Эдуарда Мирзояна. Далее, 28-го января, последует концерт с участием баритона Давида Бабаянца и пианиста Артема Абрамяна. А осенью пройдет V Ереванский международный музыкальный фестиваль, в котором примут участие многие именитые музыканты из-за рубежа.


Как сообщил худрук Театра музкомедии им.Пароняна Ерванд Казанчян, они готовят три новые постановки, авторами которых являются Ануш Саркисян и Шушан Геворкян. Не исключено, что театралов наконец побалуют и национальной классикой, чухаджяновской “Карине”. Будет представлен также спектакль, посвященный 20-летию независимости. Что? — секрет.


В ТЮЗе вскоре будет сдан спектакль Акопа Казанчяна “Элиза” по пьесе Шоу “Пигмалион”. После чего Виген Степанян приступит к репетициям “Бременских музыкантов”. Премьера состоится в начале лета. Худрук театра и основатель Шекспировского фестиваля А.Казанчян сообщил также, что при благоприятном стечении обстоятельств (то есть при участии и поддержке со стороны мэрии) в этом году в программе фестиваля могут быть представлены два спектакля всемирно известного режиссера Деклана Доннеллана — “Буря” и “Двенадцатая ночь”. “Экс-мэр города Ерванд Захарян сделал очень много для поддержки нашего начинания, и хотелось бы надеяться, что новый мэр также окажет Шекспировскому фестивалю внимание и содействие”, — отметил Акоп Казанчян.


Ереванский Камерный театр в январе приступит к съемкам нового фильма по пьесе “Юбилейный посетитель”, хорошо известной поклонникам театра по одноименному спектаклю. В этом году театр восстановит телепередачу “Амайнкапаткер” и продолжит съемки “Арт-клуба”. Молодой режиссер Лусине Ернджакян представит два новых спектакля: “Дурман любви” и “Пока она умирала”. Кстати, первый спектакль станет идеологическим продолжением ранее представленных ею спектаклей “Требуется мужчина” и “Какая разница с кем?” В конце года театр намерен отметить 30-летие театра, 40-летие команды КВН и 60-летие основателя и того и другого Ара Ернджакяна. В праздничных мероприятиях примут участие все, кто когда-либо работал в Камерном театре: начиная с дня основания и до сих пор.


Как сообщил худрук Кукольного театра Рубен Бабаян, первой премьерой года станет “Падший ангел” (Маркес) в постановке Заруи Антонян. После чего на сцену “протопают” “Шлепанцы Абу-Гасана” режиссера Ларисы Мангасаровой и туманяновские “Пес и кот”. Будет также капитально восстановлен спектакль “Песня гномика”. “В этом году, как и в прошлом, мы примем участие в проводимом в рамках “Золотой маски” фестивале “Маска+” со спектаклем Нарине Григорян “Полет над городом”, — говорит Р.Бабаян. — Отрадно, что наше участие в этом мероприятии мало-помалу становится традиционным: в 2010-м мы показали там “Сказку, упавшую с небес”. Кстати, в этом году мы повезем этот же спектакль в Сербию и в Измир. Далее планируются гастроли театра в Туркмении, Чехии, России...”


А тем временем свой новый спектакль “Храбрый Назар” на базе кукольного театра готовится представить Нарек Дурян.


Со слов директора Марианны Мхитарян, IX Международный фестиваль моноспектаклей “Арммоно” состоится с 3 по 8 апреля. В нем примут участие как армянские театры, так и гости из-за рубежа — в частности уже полюбившийся российский актер Юрий Красков. Свой презент в виде двух спектаклей представит на фестиваль посольство Франции.


Напоследок президент фестиваля HIGH FEST Артур Гукасян сообщил о том, что с 1 по 10 октября в Ереване пройдет IX фестиваль. В предъюбилейный год планируется увеличить уличную программу (о чем уже ведутся переговоры с мэрией Еревана), а также провести несколько акций в Гюмри. Активно ведутся переговоры с “Золотой Маской” о представлении в Армении лучших спектаклей России: в частности МХТ (с Безруковым и Хабенским), Театра Наций (с Мироновым и Хаматовой) и театра им.Вахтангова (с Маковецким и Симоновым).

суббота, 8 января 2011 г.

В процессе сравнения отношения к культуре наметились сравнительно культурные отношения

В Москве состоялся международный симпозиум «Армения — Россия: диалог в пространстве художественной культуры». Армяно-российская культурная общественность давно не становилась свидетелем столь масштабной научной встречи, на которой обсуждалась бы разнообразная тематика взаимосвязей двух наших народов в области архитектуры, изобразительного искусства, кино и т.д. Инициатором научной встречи выступил доктор искусствоведения, профессор, заведующий кафедрой ЮНЕСКО истории и теории искусства ЕГУ Левон Чукасзян.


— Левон Бабкенович, что вам бы хотелось особенно отметить в рамках прошедшего мероприятия?


— Вот уже много лет, как прерваны наши связи с искусствоведами, художественными центрами в России. А между тем наше искусствоведение очень многим обязано русскому искусствоведению — и не только в XIX, но и в XX веке. Этот симпозиум явился первой и довольно удачной попыткой воссоздания культурных мостов между искусствоведами наших стран. Армения была представлена на симпозиуме 15 участниками, специалистами разных сфер культуры. Не менее представительной была и российская делегация, в состав которой вошли архитекторы и искусствоведы из Москвы и других городов России. С интересными докладами выступили также специалисты из Украины и Беларуси, в числе слушателей были и ученые из Литвы.

Художественный диалог между творческими деятелями двух народов был рассмотрен в пределах широкой хронологии, а также с учетом вовлеченности этих народов в процессы мировой культуры и с оценкой связей посредством других культурных традиций. Особое место в работе симпозиума было отведено исследованиям роли армянской общины в культурной жизни России. Отдельная, перспективная тема затронула вопросы, связанные с представлением и изучением коллекций армянского искусства в России и русского в Армении, включая не только сами произведения искусства, но и фотоархивы накопленного археологического материала.


— Вы отмечаете важность армяно-российских культурных связей, но в то же время являетесь одним из тех, кто выступает против открытия иноязычных школ в Армении. Обоснуйте, пожалуйста, свою позицию.


— Я считаю, что в свете подобных реформ в сфере образования, мы очень скоро можем оказаться в западне. Предположим, эти школы открылись. Забегая вперед, представим какое количество учеников изучало специальные науки — математику, химию, физику и т.д. — на том или ином иностранном языке. Вот они подошли к тому барьеру, когда им надо вступить в высшую школу. Вы представляете, в каком, мягко говоря, странном положении они окажутся по сравнению с остальными абитуриентами? То есть у тех, кто, предположим, окончили английскую школу будут более высокие баллы по английскому, нежели у остальных. Не говоря уже о том, что для таких учеников должны будут выпущены специальные опросники, проведены специальные экзамены и, соответственно, они должны будут продолжать обучение на том языке, на котором обучались все предыдущие годы. Спрашивается, кто будет всё это оплачивать?


— Но ведь, следуя логике, они как раз для того и получают обучение и возможность думать на ином языке для того, чтобы продолжить обучение вне Армении…


— Тем более! А кто им будет оплачивать обучение за рубежом? Если в Германии на сегодняшний день учится 4000 студентов, то наших там порядка 300. Я не против, чтобы наши дети обучались в Сорбонне или Гарварде — кто платить будет? Если уже сегодня средства, выписываемые минобру, уходят в трудно прослеживаемом направлении, можно представить что начнется с открытием столь удобной кормушки как «образование армянских детей за рубежом».


— Кормушки бывают разные. К примеру, сложно себе представить армянина, получившего американский грант и не владеющего английским языком, как родным…


— Не без этого. Хотя для человека серьезного и направленного языковой барьер не может стать помехой. К примеру, во Львове проживал армянский купец, владевший более чем 20 языками…

В то же время, возможные альтернативы «безоблачного» будущего для своего чада имеют все шансы сбить родителей с пути истинного — в иноязычные школы ринутся все, кому не лень. Придется открывать больше таких школ, так как каждый в нашем стране имеет право получить такое образование, какое считает нужным. И перед чем мы окажемся? Представителей какой нации мы воспитаем?


— «Чем больше языков знаешь, тем больше ты человек» гласит известная армянская поговорка. Как быть с народной мудростью?


— Думаю, подходить к ней нужно тоже мудро. К примеру, на созданной мной кафедре истории и теории искусства ЕГУ с первых же дней мной был введен определенный порядок изучения иностранных языков. Более того, даже вопреки закону о языке, с первых дней создания у нас были определенные курсы на русском языке. Кроме того студентам, изучавшим в школе английский, французский или немецкий язык, предоставляется возможность выбрать второй иностранный язык. Не говоря уже о третьем языке, который каждый волен выбирать по своему усмотрению: грузинский, латинский или древнегреческий. Вдобавок грабар и новогреческий. Я доволен своими выпускниками и, уверен, что эти специалисты принесут немало пользы в будущем своей родине. Вот и вся премудрость.


— Но вы говорите о высшем образовании, который каждый выбирает себе сам. Меж тем школа — это обязательная программа.


— Я считаю, школьное образование должна формировать у человека национальное самобытное мышление. И невозможно, чтоб ребенок, не изучавший физику, химию, математику, астрономию и т.д. на своем родном языке, владел бы им на достаточном уровне. Все армянские ученые, добившиеся мировой известности, имели армянское образование — Мергелян, Асратян, Кюрзадян, Амбарцумян… Ни у кого из них не было русского образования, хотя владели они этим языком в совершенстве.


— Почему-то под иноязычной школой автоматически подразумевается русскоязычная. А давайте представим ситуацию, что Турция решила открыть свои архивы. Кто из армянских специалистов-тюркологов поедет туда? И, вообще, у нас есть специалисты, способные думать на этом языке?


— Думать? Никто из армянских специалистов даже не в состоянии прочесть эти письмена! Некому обучать наших студентов арабскому письму, коим пользовались в Турции до языковой реформы Кемала Ататюрка. Как известно, с целью европеизации турки приняли с тех пор латинский алфавит.

…Образовательная система во всем мире переживет не лучшие дни. Реформы грядут повсюду. Посмотрите, что происходит в России — они сами толком не знают, что им делать со своими школами, как вернуть детям желание учиться! Но вместе с тем позволяют себе советовать нам, как и что делать. В этом смысле не приятно, что Армения выглядит эдаким полигоном для апробации того или иного новшества в сфере образования. Если Россия хочет что-то изменить — ради Бога, зачем навязывать нам свою систему?


— Ну, так может имеет смысл не выступать «за» или «против» иноязычных школ, а предложить своё видение решение проблемы?


— Упадок армянских школ начался в тот день, когда армянская интеллигенция отправила своих детей в русские школы. Интеллигенция тем самым подкосила на корню всю систему армяноязычного образования в республике. И сегодня нужно немало постараться, чтоб вернуть былую мощь и, как теперь принято говорить, имидж и рейтинговость этим школам. Разумеется, заниматься этим должны профессионалы, а испытатели-самоучки, уже который год кормящие нас своими «шедеврами». Для того, чтоб дело сдвинулось с мертвой точки необходимо, чтобы руководство страны стало прислушиваться не к новоявленным горе-реформаторам, а к людям, отдавшим большую часть своей жизни вопросам языка, преподавателям, профессуре.

И так практически во всех областях. Почти у каждого министерства сегодня имеется свой альтернативный «собрат» — общественная организация, на деле делающая для страны больше, чем государственная. Подобный разлад ни к чему хорошему, на мой взгляд, привести не может. Нужно консолидировать силы в одном ядре, которое и будет ответственно за ту или иную сферу, соответственно. И состоять оно должно, повторюсь, исключительно из знатоков своего дела!



Сергей Михалков когда-то очень точно заметил: «Сегодня — дети, завтра — народ». Подведем безутешные итоги: пока умные и продвинутые дяди по всему миру диспутируют (на разных языках), малыши как были, пардон, неучами, не владеющими даже своим родным, так и...

Ну и дальше, соответственно, та же картина: «лебедь, рак да щук», а ВУЗ и ныне там… Может стоит уже взглянуть на проблему объективно, отключив собственное «Я»?