Культура — это стремление к совершенству посредством познания того, что более всего нас заботит, того, о чем думают и говорят... А заботит нас сегодня, как раз, отсутствие этой самой культуры. Замкнутый круг?.. О том, как выйти из сложившейся непростой ситуации, читайте в эксклюзивных интервью видных деятелей культуры Армении… и не только.

среда, 25 января 2012 г.

Нарине МАЛЯН: "Формат сериала калечит актера"

"Театр без отрыва от кино" был создан и воплощен в жизнь кинорежиссером Генрихом Маляном. По сей день созданный им Театр киноактера остается самым "снимающимся". Мало-помалу к этому формату пришли и другие ереванские театры. Но... увы, сегодня кино в большей мере уступило место далеко непрофессиональным сериалам, в которых задействованы многие театральные актеры, в том числе и киноактеры. Что думает об этом худрук недавно обновленного и вновь открывшего свои двери маляновского театра Нарине МАЛЯН?

— Естественно, мое отношение резко отрицательное — как к тому "формату", который у нас принято называть сериалом, так и к тому, что делает эта "работа" с театральным актером. Калечит! Так что актер должен проявлять-таки чудеса стойкости, чтобы не подпасть под сериальное влияние и не захлебнуться в этом течении. А таких примеров немало... И вместе с ним может пойти ко дну и сам театр. Тут, на мой взгляд, важна позиция худрука, который обязан быть бдителен, чтобы не позволить притащить с собой в театр эту заразу — сериальную эстетику, сериальные клише и прочее.

— Сегодня есть худруки, которые напротив — осознанно пользуются лаврами своих "сериальных" питомцев, перекраивая постановки под них, понимая, что зритель приходит не на их "шедевры", а на живого полюбившегося им сериального персонажа. Принятие закона о театре может спасти ситуацию?

— К великому сожалению, манипуляция сериальными масками далеко не редкость... Что же касается закона, я не совсем представляю саму форму этого закона, равно как тех, кто будет его разрабатывать и проталкивать. Культурное поле — несведуще в юридических вопросах, юридическое — безынициативно, коль скоро не понимает, чего хотят люди культуры. Вывод: закон необходим, но он должен стать результатом слаженной работы деятелей культуры и грамотных юристов. И сделать это нужно как можно скорее. Но для этого надо проделать и подготовительную работу. В каждом театре должен быть изначально выработан свой собственный закон, которому весь коллектив театра будет безоговорочно подчиняться. А принятый впоследствии официальный закон о театре подытожит свод внутритеатральных канонов и станет их идейным продолжением.

Что касается участия актеров в сериалах... Понимаете, раньше артисты снимались в кино в поисках новых ощущений, новых граней, новой школы и, конечно, для приработка — артисты никогда много не зарабатывали. Сегодня же, увы, их в основном волнует материальная сторона профессии. Запретить им идти в сериал мы не имеем права...

— В те нехорошие 90-е годы актеры жили намного хуже и часто играли спектакли при свечах. И существовал негласный уговор, осуждающий халтурку на стороне. Сегодня же, когда жить стало лучше, актеры уходят с головой в сериалы, объясняя это желанием подработать. Нет ли во всем этом доли лукавства?

— Действительно, в нашем сознании и психологии многое изменилось. Приоритеты смещены. Мне кажется, в те годы все мы были более объединены и двигались в более верном направлении. Многие вещи, которые сегодня воспринимаются как должное, тогда были бы подняты на смех, а то и преданы презрению. Мы работали с чувством исполненного долга, и в этом состояло наше духовное очищение. К примеру, мы действительно играли "Декамерон" при свечах — редкий случай, когда отсутствие электричества стимулировало рождение оригинальной находки. У нас ведь сцена находится на расстоянии вытянутой руки от зрительного зала, и полумрак, свечи, "Декамерон", все это рождало то духовное единение зрителя и актера, о котором можно сегодня лишь мечтать. Мы были едины — зрители и актеры, единая судьба, единая вера, единое желание выжить и...

— ...не хлебом единым!

— Точно! Сегодня этот фактор утерян. И всем нам придется очень нелегко, чтобы вновь достичь этого единения. Но, как говорится, дорогу осилит идущий. Просто не надо убегать от самих себя и не противиться своему нутру, своему "Я".

— Что вы считаете важнейшим в этом процессе?

— Основополагающим был и остается национальный фактор. Многие говорят, да ладно — эти папахи, бурки, бороды... Но, друзья, не бородами-бурками все ограничивается. Национальная культура это то, что внутри нас самих. Так не надо противостоять, надо высвободить, выпустить наружу то, что дремлет в нас. Ведь эта сила есть, она как сплоченность народа в минуту опасности, когда все как один становятся в строй и одерживают победу там, где, казалось, шансы равны нулю.

— Вернемся к TV. Не возникала ли у вас мысль возродить телетеатр?

— Конечно, возникала. Актеры сами не раз предлагали. Но... во-первых, наш театр долго ремонтировался, и было, мягко говоря, не до телетеатра, а во-вторых — что важнее — TV, как я понимаю, не тяготеет к подобным проектам, так как считает их нерентабельными. Понятно, если изо дня в день зрителя кормить сериалами, то к телетеатру перейти будет трудно.

Однако формат телетеатра идеален — и в первую очередь, для представления произведений наших классиков. Это можно сделать оригинально, доступно, стилистика телетеатра это позволяет. Не говоря уже о том, что подобные проекты не слишком затратные...

четверг, 19 января 2012 г.

"Бытует ошибочное мнение, что наш зритель не расположен к интеллектуальным передачам..."

После новогоднего телеэфира многие люди культуры выразили свое резко негативное отношение к представленной программе ТВ в целом. Ругать можно и нужно. Но давайте попытаемся перейти от порицания к конструктивной критике. Об этом и многом другом говорит профессор Госконсерватории им.Комитаса Михаил КОКЖАЕВ.

— Телевидение — это особый жанр деятельности. Многое на нашем ТВ заслуживает порицания — начиная с абсолютно дилетантских сериалов и заканчивая телерабисом: потоком низкопробной музыкальной продукции вперемешку с жующими людьми и странного вида девушками в коротких юбках. Но вместе с этим есть, например, интересные церковные передачи, циклы о мироздании и т.д. Обидно, что их немного и такие передачи можно найти чаще на российских каналах, нежели на наших.

Я считаю, телевидение должно стать чуть более энергичным, чуть более интенсивным. Почему бы не подумать в направлении создания телепроектов, как, скажем, у Познера? Или сделать наш аналог передачи Гордона с просмотром некоммерческого кино и последующим обсуждением. Вроде и кино снимают, и на фестивалях представляют, и даже призы получают...

— А возможно, обсуждение и театральных спектаклей...

— Безусловно! Бытует ошибочное мнение, что наш зритель не расположен к интеллектуальным передачам, а лишь жаждет насладиться легкоперевариваемой телепищей. Это не так, не надо недооценивать зрителя. А вы сделайте хороший — по-настоящему интересный — проект и увидите, как он будет востребован. Неужели тот факт, что значительная часть нашей телеаудитории предпочитает российские и европейские "заумные" передачи, ничего не значит?

...Думаю, необходимо больше устраивать телевстреч с неординарными людьми. Больше нужно передач о музыке — о джазе, в частности. Хотя, конечно, грех жаловаться — я всегда с удовольствием смотрю передачу Армена Тутунджяна о джазе. Вот таких бы побольше! Ничтожно малым также считаю и количество детских передач. Не секрет, что телевидение и интернет на сегодняшний день являются самым мощным образовательным фактором. Это надо учитывать.

— Но все же аудитория привыкла к определенной "потребительской корзине"...

— Увы, и в этом проглядывается элемент болезненности нашего общества. Меркантильное стало главным. Раньше в интеллигентном обществе говорить о деньгах было просто неприлично. А сегодня основа основ — как сериалов, так и прочей подобной продукции — материальный фактор, деньги... Раньше самым главным для человека была честь, сегодня считают, что самое главное — это жизнь.

— На российском ТВ идет довольно ощутимая религиозная пропаганда — у нас же почему-то этот сегмент совсем не затронут...

— Даже в коммунистическую эпоху тотального атеизма люди находили какие-то способы приобрести Библию, перепечатать, тайком почитать. А сегодня, когда вся эта литература доступна, она перестала быть интересной, а вера из разряда мировоззрения плавно перетекла в некий церковно-ритуальный формат.

В Библии есть ответы на все вопросы — нередко говорю я своим студентам. Ищите да обрящете! А многие ленятся не то что Библию, а просто какую-нибудь интересную книгу почитать. Ищут в интернете примитивную информацию обязательного порядка и только. А ведь настоящую силу может дать только книга. Почему? Да потому что она не отягощена видеорядом. Сознание читающего само "вынуждено" создавать картины, образы. Человек приобщается к творчеству. Пускай оно потом не перейдет на холст или бумагу — в эти моменты Господь дозволяет созидать свой собственный мир. Человек становится личностью!

— И напоследок, ваш прогноз на будущее.

— Когда я был маленьким, отец впервые привез меня в Ереван и повел на детскую железную дорогу. Там было место, где бил родник, а рядом старик вырезал из белого туфа оклад для этого родника — высекал виноградную лозу. Мы остановились посмотреть, как из камня рождается виноградная лоза, и тогда отец сказал: "Посмотри на лицо этого человека — это лицо твоего народа!" Это был обычный человек, трудяга с мозолистыми ладонями... Но его лицо — открытое, мудрое, светлое – навсегда врезалось в мою память, как та лоза в камень. Я порой встречаю такие лица. Увы, не часто... Но меня не покидает надежда, что кто-то рано или поздно снова возьмет резец и высечет из камня виноградную лозу. Это неизбежно!

вторник, 17 января 2012 г.

Мы не Запад и не Восток — мы армяне!

“Мы пока не стали полноценным государством, требуется еще проделать огромную работу, и я сожалею, что этот процесс так затянулся. Но усилиями одних лишь властей этот процесс невозможно довести до конца — это наше общее дело. Дело нации!” — так началась беседа с художественным руководителем театра “Амазгаин” Сосом САРКИСЯНОМ.

— В поствоенной Армении артист Грачья Нерсисян смог внести огромный вклад в духовное возрождение побитых войной и осиротевших людей. Своим личным примером и при помощи того образа, который он создал как актер. Казалось, он говорит: “Смотрите на меня и постарайтесь стать такими же — ведь вы все прекрасны!”

Сегодня я смотрю наши сериалы и не понимаю, для чего эти люди обезьянничают. Кого они пытаются чему научить? Кого и куда за собой повести? Я не сторонник цензуры — во всяком случае такой, какая была в Советском Союзе. Но государство обязано держать руку на пульсе — должно помогать и направлять.

— Но, как говорит ТВ, рынок требует свое...

— “Рыночное” объяснение ТВ — чушь откровенная. Что значит, народ требует? А как же понятия вкуса, эстетики, морали? Мы армяне, и есть вещи, о которых нам нельзя забывать, а есть и те, о которых нельзя и заикаться. Если так, то завтра на ТВ начнут пропагандировать гомосексуализм и объяснят это тем, что есть и такой сегмент в обществе, которому это интересно. Очнитесь, стыдно!

...Нам надо понять изначально, кто мы: Восток или Запад? Если Восток, то куда тогда девать громадный культурный пласт, созданный нашим народом на протяжении тысячелетий?.. А я вам скажу, в этом мы уникальны — мы не Восток и не Запад. Мы имеем свое собственное “Я” — мы армяне! Взять хотя бы архитектуру — это не ампир, не готика, не барокко... Это исконно армянская стилистика, созданная армянскими зодчими.

— Допустим, что произойдет чудо и армянское ТВ станет образцовым, но есть же еще интернет. А как с ним?

— Говоря о культурной тенденции и сформированной в этих рамках некоторой цензуре, я также понимаю и определенный контроль над той частью виртуального пространства, которое пропагандирует насилие и порнографию. Взамен государство должно финансировать культурные, исторические, научно-популярные интернет-проекты.

— А почему бы деятелям культуры не предложить проекты законов о цензуре, о театре, о кино и т.д.?

— Наша интеллигенция слаба. В противном случае мы бы не были свидетелями прогрессирующей бездуховности и культурного произвола. Увы, культурное общество пока у нас не сформировано как следует и проглатывает все то, что дают.

— Какие же изменения ознаменуют позитивные перемены в культуре?

— Я возлагаю большие надежды на молодежь. Есть очень много талантливых и умных ребят. Я верю в гены — в силу предков, которая пока что дремлет в них, но, уверен, вскоре проснется и поможет навести порядок. Также считаю необходимым сплотиться вокруг нашей церкви — той веры, которая хранит нас более 1600 лет. Церковь и молодежь — вот та сила, которая выведет нашу страну из духовных сумерек.

четверг, 12 января 2012 г.

Новогоднее ТВ оптом и в розницу

Новогоднюю ночь сложно представить без телевидения. На смену дежурным совковым “концертам звезд мировой эстрады” и “танцам, танцам, танцам!” пришли более свободные, более креативные зрелища. Что же до качества, тот тут кривая, по мнению многих телезрителей, уверенно двинулась вниз. Тем не менее отечественные телеканалы в этом году бойко предлагали свою новогоднюю телепродукцию, зачастую напрочь отбивающую аппетит. Многие из опрошенных нами респондентов признались, что отключили телевизор под Новый год или же смотрели российские телеканалы. Ниже приводим мнения тех, кому все же “посчастливилось” пересечься с армянским новогодним ТВ.


СОС САРКИСЯН, худрук театра “Амазгаин”

После блуждания по отечественным каналам в тщетной попытке найти что-то интересное, пришлось переключиться на Москву. Как ни удивительно, в этом году русские сделали очень хорошую новогоднюю передачу, с большим вкусом, очень талантливо и интересно.

В день Чрагалуйца наше телевидение молчало. Вынужденно смотрел российскую трансляцию на следующий день — в их Сочельник. Обидно...

Я уже не говорю о том, что в новогоднюю ночь в Эчмиадзине бывает служба. Почему наши телеканалы не транслировали ее? Хотя бы как-то отметили что ли... Неизвестно. А еще более непонятно мне, к чему было показывать ту чушь и серость, которую они потоком лили с экранов телевизоров.

Новогодняя ночь — это квинтэссенция того кошмара, который царит на наших телеканалах. Мы молчим, а говорить об этом надо, потому что, как ни крути, телевидение воспитывает. А кого может воспитать такое ТВ? Какое поколение? Страшно даже подумать...

...Везде одни звезды. Все звезды — от мала до велика! Целые созвездия серых, тусклых безликих “звезд”. То есть, я так понимаю, по определению, человек, который держит в руке микрофон и на которого потрачено энное количество денег, уже становится звездой, вне зависимости от того, умеет он петь или нет, интересен или нет, и вообще имеет какие-либо способности. Это что, человек-инвестиция или, может, должность такая?

Не говорю уже о рекламе, которую я просто считаю бичом современного телевидения. Смотришь художественный фильм, и вдруг в самом неподходящем месте его прерывают, чтобы сообщить, каким мылом тебе надо мыться. А в новогоднюю ночь так вовсе непонятно — где реклама товара, а где певца. И то и другое тебе пытаются втюхать против твоего желания.

Я считаю, что серость и безвкусица на наших телеканалах является производной того, что творится в наших театрах и в искусстве в целом. Актер, не получающий достаточной зарплаты, уходит с головой в телесериалы. Сам деградирует как артист, порой того не замечая, и общую планку за собой тянет. Эту “эстафету” подхватывает группа абсолютно далеких от культуры людей и принимается дружно формировать отвратительный нижайший уровень. Все это объясняется потребностями так называемого “рынка сбыта” — мол, народ это требует. Вместо того чтобы поднимать планку зрителя выше, наше ТВ само опускается до необремененного глобальными запросами вкуса толпы и даже более того — принимается тянуть еще ниже. Однозначно, пока не произойдет смены в рядах тех, кто штампует сегодняшний телеэфир, ничего хорошего ждать не придется.


ЛЕВОН ГАЛУМЯН, архитектор

Наше телевидение еще раз сильно разочаровало, я понял, что смотреть армянское ТВ сродни наказанию. Не хочу называть конкретные ТВ и передачи, я говорю о своих общих ощущениях, а они, к сожалению, безрадостные. Показалось, что все, кому не лень, прорвались на ТВ со своими песнями и пошлыми скетчами. Петь вообще-то хорошее занятие в кругу семьи, друзей, коллег, но почему исполнители весьма среднего самодеятельного уровня должны надоедать в новогодние дни, не могу понять. А еще добавлю, что до черта надоел рабис — сколько можно крутить песни Арменчика и арменчикоподобных, а также разных поющих девушек. В эти дни почувствовал тоску по классике армянской и зарубежной. Кто это решил, что классика в Новый год никому не нужна? Поток некачественного юмора также радости не прибавил. Тот же вечный “юморист” Ашот Казарян...

Промелькнул, но запомнился телеюбилей Дживана Гаспаряна: он восседал как монумент и ему по очереди пели осанну. Не думаю, что это прибавило музыканту любви и дивидендов. Не могу не сказать об осточертевших сериалах. Они утомляют банальными сюжетами, дилетантской игрой, неважной работой операторов и художников. Кстати, как архитектор я хочу отметить стандартные, без выдумки оформленные павильоны и студии. Понатыканные повсюду елки положения не спасают.

Единственное светлое пятно — футбольные матчи зарубежных клубов, презентованные народу Общественным телевидением. За это огромное спасибо.
В целом армянское телевидение, кроме, пожалуй, ТВ “Шогакат”, себя дискредитировало. Это не только мое мнение. Печально... Хуже всего то, что сами телевизионщики, судя по всему, считают себя профессионалами высшей пробы. Между тем ТВ-уровень из года в год опускается все ниже и ниже. Отдельных удач слишком мало, чтобы заметно изменить картину...


ВААН АРЦРУНИ, музыкант

На Новый год я выключил звук и лицезрел массу повторяющихся физиономий, исполняющих один и тот же репертуар, но абсолютно на всех каналах. То есть была некая “пачка”, которая, по всей видимости, успела в предваряющий Новый год период записаться на всех наших телеканалах. Создалось впечатление нездоровой однородности и ощущение, что все армянское телевидение транслировало один бездарный музыкальный формат.

Я уже не говорю о том, что творилось в телеэфире в рождественские дни. Если Россия красочно транслировала сочельник, у нас — страны, первой принявшей христианство, — по ТВ показывали программу далеко не богоугодную как в прямом, так и в переносном смысле.

В день Рождества Христова мы говорим об однозначных ценностях. В этот день мы должны думать одинаковыми категориями — добра и зла, света и всего того, что связано с великим таинством этого чудесного праздника. Когда этого нет в обществе, а взамен подкладывается какая-то непонятная байда, то мы имеем то, что имеем. И новогодний эфир в этом смысле можно рассматривать как некий индикатор сегодняшнего реального состояния в культуре и отношения к моральным, национальным и духовным ценностям в обществе.


АРА АЙТАЯН, художник

Легкой “пробежки” по каналам в новогоднюю ночь было достаточно, чтоб осознать всю скучность (мягко говоря) предлагаемого телематериала. С одной стороны, абсолютно непонятная, я бы сказал, дикая агрессия концертной программы — неинтересной и жеваной-пережеванной. Вместе с этим какое-то навязываемое “агрессивное счастье”, от которого просто бежать хочется. Тотальная деградация и обезличивание. Можно выделить разве что “Шогакат”, где хоть проблескивает качество и вкус и не так все навязчиво.