Культура — это стремление к совершенству посредством познания того, что более всего нас заботит, того, о чем думают и говорят... А заботит нас сегодня, как раз, отсутствие этой самой культуры. Замкнутый круг?.. О том, как выйти из сложившейся непростой ситуации, читайте в эксклюзивных интервью видных деятелей культуры Армении… и не только.

вторник, 3 апреля 2012 г.

«Ануш», Параджанов и Аведикян

Почетным гостем Дней Франкофонии стал известный французский актер и режиссер Серж АВЕДИКЯН, представивший свои 4 короткометражки. В настоящее время он готовит постановку оперы “Ануш” и продолжает работу над фильмом “Параджанов: любитель красивого”.


— Скажу сразу, “Ануш” состоится в будущем году — сейчас пока проводится кастинг. Зная, что в это время буду в Ереване, организаторы “Франкофонии” попросили меня принять участие и в их мероприятии. Я охотно согласился и привез фильмы, снятые мной еще в 90-х, в которых почти нет слов. Довольно рисковый шаг, но ведь франкофония — это не только вопрос языка, но и восприятие определенной культуры, умение ее преподнести. Заодно я решил проверить актуальность и востребованность такого кино в Армении. К моей радости, фильмы были тепло приняты, и это еще раз доказало, что сближению народов языковой барьер не помеха.


— А как появилась идея постановки “Ануш”?


— Это будет абсолютно другая версия “Ануш” — ре-оркестрированная. В первой постановке Тиграняна “Ануш” в Александрополе было занято всего 11 музыкантов. Это потом в советское время, в эпоху монументализма, была сделана расширенная оркестровка. Меня интересует тот вариант, который был изначально создан Тиграняном.

В моей постановке будут заняты всего 14 музыкантов, небольшой хор и, конечно, певцы. Не думаю, что постановка будет осуществлена в здании оперы. Либретто также претерпело изменения — точнее, мы вернулись к версии, сделанной самим Туманяном. Словом, будет приятный возврат к утраченному оригиналу.


— Во время прошлогоднего “Золотого абрикоса” стало известно, что вы начинаете работу над фильмом “Параджанов: любитель красивого”, где исполните главную роль и выступите в качестве одного из режиссеров. Режиссер — понятно, но сыграть гения — задача не из легких... И опять же — внешнее сходство?..


— Очень хороший пример привел Роман Балаян, который являлся до недавних пор сорежиссером фильма, однако потом решил “переквалифицироваться” в креативные продюсеры проекта. Наверно, многие помнят фильм “Модильяни” с Энди Гарсиа. Похож он на великого Моди? Нет. И, кстати, не Пикассо его обидел, а совсем даже наоборот...

В нашей картине мы попытаемся не зацикливаться на биографии Параджанова — в центре внимания будет творческий путь Мастера! Я не буду стараться постичь полного внешнего сходства — это как минимум бессмысленно. Я не буду толстеть для этой роли на двадцать килограммов, не буду копировать манеры Параджанова, хотя и был хорошо с ним знаком. Единственное, что я позволю себе — это отрастить бороду. Да, и еще, учитывая то, что фильм будет на русском языке, серьезно перетрясу свой лексикон.

Что о фильме, то могу сказать, он не будет снят в стиле Параджанова, хоть и в нем будут фрагменты из его картин, а также фото-коллажи и анимация. Мы также предприняли такой маневр — сцены съемок фильма. Репетиции будет проводить сам Параджанов. Согласитесь, если гения в относительной статике сыграть сложно, то гения в творческом поиске — практически невозможно. Да и не нужно. Слава Богу, уровень развития новейших технологий позволяет окунуться в атмосферу той съемочной площадки — вот сам Мастер пускай и дирижирует...


— Как вы познакомились с Параджановым?


— Мы познакомились в 1983 году в тбилисской квартире, где он жил после тюрьмы. Мы боролись за его свободу, видели его фильмы, нам была очень близка его вселенная, поэтому Параджанов сразу признал меня. Потом, когда мне запретили приезжать в СССР, Параджанов приезжал в Париж, где мы вновь встретились. Это были отношения ученика и учителя, какая-то таинственная дружба. В 90-м он попросил у меня фотографию Пазолини, которую он видел у меня, и я принес ее ему в больницу. Я даже помогал ему есть, потому что сам он уже не мог.


— Какие страны участвуют в создании картины?


— Бюджет фильма составляет 2 млн евро, но не думаю, что этого хватит. Задействовано множество актеров, съемки будут проходить в Украине, в Грузии и Франции. Основным инициатором проекта является украинская сторона (главный режиссер фильма — Елена Фетисова), а также участвуют Франция и Грузия. Возможно, к ним примкнет и Норвегия.


— А как же Армения?


— Участие Армении в этой картине, кажется, будет весьма символическим. Признаться, меня удивило и в чем-то возмутило отношение Национального киноцентра к этому проекту. Такое появилось ощущение, что эти люди продолжают жить советскими постулатами и никак не хотят выходить за рамки стереотипов. Они даже не представляют, что можно сделать игровой фильм о Параджанове, цепляются к каждому слову, осуждают, выговаривают, ничего реально не сделав для фильма ...

Фильм важен как фильм. Скажем так, это будет Параджанов Сержа Аведикяна и Елены Фетисовой. Будут люди согласны или нет, будут они ругать или хвалить — это вопрос вторичный. Главное, донести идею, разрушить некую иконизированность Параджанова, столь популярную в Ереване. Спроси любого на улице, кто такой Параджанов, ответит — армянский кинорежиссер. Что он снял? В ответ — тишина... Да поймите же, Параджанов никому не принадлежит — он является мировым достоянием! Ни армянским, ни русским, ни украинским, и ни тем более собственностью армянского Киноцентра!


— Каков ваш личный прогноз на предмет будущего картины о Параджанове?


— И опять мне хотелось бы процитировать Рому Балаяна: “Если добиться внутренней свободы, которой обладал Параджанов, моментальности бытия, его искрометности, бесконечной импровизации, дуракаваляния, может получиться интересный фильм...” Так что постараемся максимально серьезно несерьезно отнестись к созданию этой картины!


— Вы довольно активно участвуете в культурной жизни Армении. Не подумывали о возвращении на родину?


— Думал, и не раз... История моей семьи, в принципе, похожа на истории многих армянских семей. Четыре поколения, каждое из которых продолжалось на новом месте. Дед родился в 1900 году в Турции, а в 20-х прошлого века они переехали в Болгарию. Там родился мой отец. Потом они переселились во Францию, и с 30-х жили в Марселе. Затем в 1947 году моя семья переехала в Армению, и я родился уже в Ереване. Так что мне довелось побывать “ахпаром” и узнать, что такое “ахпари чут”. Я провел свою молодость в Ереване, а мои сыновья родились в Париже...

Я думаю, человек должен быть ближе к той земле, где он чувствует себя более уверенно. Для меня это Франция. Во-первых, я намного лучше владею французским, нежели каким-то другим языком, во-вторых, именно там я имею возможность большей самореализации, чем где бы то ни было. А самое главное, находясь во Франции, у меня более результативно получается связывать все мои проекты с Арменией и привозить сюда интересных людей... Признаться, эта позиция “посредника-паромщика” меня очень устраивает в силу того, что позволяет быть максимально полезным своей родине!

Комментариев нет:

Отправить комментарий