Культура — это стремление к совершенству посредством познания того, что более всего нас заботит, того, о чем думают и говорят... А заботит нас сегодня, как раз, отсутствие этой самой культуры. Замкнутый круг?.. О том, как выйти из сложившейся непростой ситуации, читайте в эксклюзивных интервью видных деятелей культуры Армении… и не только.

пятница, 24 мая 2013 г.

"Нужна культурная революция или новый Параджанов, который всех расставит по своим местам"

        "Мне сегодня довольно сложно говорить об армянском кино, о национальной культуре, да и вообще — об Армении... Лишено смысла как-либо оценивать культурное пространство, в котором не желаешь более себя видеть", — сказал в одном из предыдущих интервью известный армянский кинорежиссер Карен Геворкян. Но ужель все так трагично? Может, наоборот — где-то и закономерно?..
Говорят, в кино нет иного бога, кроме режиссера, а оператор — глаз его. О состоянии армянского кинематографа беседуем со "всевидящим оком" Юрия Ерзнкяна, Карена Геворкяна, Альберта Мкртчяна, Вигена Чалдраняна, Арутюна Хачатряна, профессором Института театра и кино, известным армянским кинооператором Рудольфом ВАТИНЯНОМ.
— Я согласен с Кареном. Сегодня активно ведутся разговоры об армянском кино, перечисляются названия новых фильмов, мелькают режиссеры — со стороны может создаться ощущение эдакого "бурного процесса", ударной стройки. Но что это за фильмы? Для кого они снимаются? Кем?.. Друзья, фильм — это не самостоятельное явление, это в первую очередь литература, театр, актер, режиссер, оператор, инфраструктура, технология... Кинотеатры, наконец. Есть все эти предпосылки сегодня?.. Увы, нет. В итоге народ не смотрит эти фильмы. Хотя бы потому, что кинотеатров нет. Так что все эти пустопорожние разговоры о кино считаю бессмысленными. Нет адресата — нет зрителя.
Кино как блюдо — у каждого режиссера есть свое любимое, и каждый старается приготовить его так, как ему больше нравится. Но сколько хочешь этот "борщ" вари — если нет вышеуказанных ингредиентов, кроме тебя никто эту стряпню есть не станет. А сегодня наш "киностол" завален по большей части именно такими "киноблюдами". Однодневками.
 — Некогда 15 республик имели свое ярко выраженное национальное кино. С развалом Союза характерные контуры национальных киношкол стали стираться. В чем причина произошедшего?
— Да, национальные кинематографические школы существовали и, более того, оплодотворяли друг друга. Ведь они были во взаимопрокатном едином пространстве. Да, был идеологический зажим, в частности запрещалось поднимать тему геноцида и т.д. Все это было. Но теперь такого нет — свобода, снимай, что хочешь. Ну так покажите мне сегодня хоть один мало-мальски внятный фильм о геноциде? Или о герое карабахской войны?.. Нет такого.
В советское время было много ограничений, многим творцам приходилось прибегать к эзоповой речи, говорить полунамекам и т.д. Но тогда хоть были правила игры. Были железные постулаты! Один из них: каждая республика должна иметь свое национальное искусство, литературу, кино, театр — словом, развивать свою нацкультуру. Даже в московские вузы — в тот же ВГИК, который я окончил, — непременно принимали трех представителей союзных республик. Ну, хоть ты тресни, но эти трое должны были быть зачислены, чтобы потом применить полученные знания во благо культуры своей республики. А сегодня есть такое? Есть деньги — есть место. Оттого и культура наша развивается по тому же принципу.
Для развития нацкультуры, которая является лицом нации, а в случае малых народов — стратегически важным фактором, я бы сказал, спасением, необходима перво-наперво политическая воля. Нужна твердая рука, твердая воля и четкое осознание потребностей нации, ее будущего. Я не ругаю власти, но и подвижек особых в этом смысле пока не вижу. Государство, прикрываясь демагогией о том, что рыночные отношения все заменят, просто
сбросило с себя эту обязанность.
— Каким вы видите выход из сложившейся ситуации?
— Раньше на этот вопрос я отвечал: надо возвращаться к истокам, к своей истории, необходимо снимать фильмы на исторические темы, дабы показать всему миру, кто мы, откуда и носителями какой культуры являемся. Но сегодняшнее кино — современное "историческое" — все мои слова дискредитировало. Снимаются картины для галочки, в них нет ничего, что могло бы встряхнуть молодого человека, "зажечь" его, заставить задуматься. В этих картинах ощущается не только чудовищная неграмотность, но и недостаток внутренней культуры создателей. Нет искры! Я уже не говорю, что фильмы на патриотические темы должны находиться в зоне повышенного внимания непосредственно самого государства, коль скоро в них затрагиваются стратегически важные вопросы, факторы нацбезопасности... Так что мы опять приходим к тому же выводу — необходима воля, политическая воля!
...Раньше наше искусство, наша культура держалась на титанах — на личностях, талантах. Они были камертонами, устанавливали планку, и все равнялись на них. Кто мог сказать о себе, что он гений, когда рядом была такая глыба как Параджанов? Свободомыслие и вседозволенность привели к усреднению всех и вся. Это как в телевидении — все снимается на среднем плане, в прямом и в переносном смыслах этого слова. Средние актеры, средний сюжет, средненький режиссер...
Прорыв в искусстве может быть или с политическим деятелем, который сделает культурную революцию во благо своей страны и народа, или же если родится второй Параджанов, расставит всех по своим местам и напомнит, что такое хорошее кино и... как следует называть сегодняшнее.
— В этом году вы были членом жюри Национальной кинопремии "Айак". Но если вы говорите, положение в кинопространстве оставляет желать лучшего, имеет ли смысл этот уровень анонсировать, да еще и подводить итоги, раздавать премии?..
— А стоит ли хвалить двоечника, который стал учиться лучше?.. Стоит поощрять его, дабы и ему самому, и окружающим стало понятно, какой уровень приемлем, к чему надо стремиться и на что равняться?.. Да, если устанавливать строгие критерии, как, скажем, в Каннах, где из пятисот фильмов выбираются двадцать самых лучших, а из них уже отбирается победитель, то у нас кинопремии, возможно, никто бы не удостоился. По той простой причине, что у нас нет необходимого количества кинопродукта, из которого можно выбрать двадцатку самых достойных... Мы же оценивали не качество произведения, а выбирали лучшее из того, что есть. Если б мы опирались на строгие критерии искусства, то был бы совсем другой разговор.
 — Да, но поощрить можно и похвальной грамотой, благодарностью, турпутевкой или ценным призом. А это все же национальная кинопремия — уровень, определяющий в национальном кино. Уровень нации...
— Я думаю, не стоит так драматизировать — мы же не "Оскара", в самом деле, вручали. Хотя и на том же "Оскаре" есть свои приоритеты, свои "тараканы". У нас свои... болячки. Нельзя судить так строго. Иначе вообще придется от всего откреститься...
— Вы почти 20 лет преподаете в Институте театра и кино. Каков ваш прогноз на предмет будущего нашего кино? Есть ли талантливые ребята?
— Да, безусловно. Если из двадцати студентов можно отобрать двоих толковых, одаренных, то это, несомненно, повод сходить в церковь и поставить свечку. Тем более что из оставшихся восемнадцати можно воспитать хороших кинокритиков, да и в целом людей, профессионально разбирающихся в кино.
Не лишена, конечно, смысла и идея "уплотнения" студенческих рядов — проведения более жесткого отбора. К примеру, в Швеции в институте Бергмана на каждый курс со всего мира отбирается всего по шесть учеников — жесточайший отбор. Ну и, соответственно, посмотрите, какой там уровень — выпускаются профессионалы высочайшего класса.
— И напоследок, пару слов о ваших творческих планах.
— Ни слов, ни планов. Я снял более тридцати фильмов — каждый раз открывал что-то новое, учась чему-то, постигая новые вершины. Сейчас таких возможностей нет, хотя и есть кино, которое мне бы хотелось снять... Когда я знаю больше, чем режиссер, когда я предугадываю каждый его шаг, мне с ним не интересно. Стало быть, я зря трачу свое время — не могу высказаться, несмотря на то что мне есть что сказать...
С другой стороны, мне интересно работать с молодыми ребятами, совсем юными режиссерами, направляя их, обучая и, возможно, принимая от них что-то новое. Дай Бог, чтобы наше сотрудничество пошло на пользу и им, и нашему кино...

Комментариев нет:

Отправить комментарий