Культура — это стремление к совершенству посредством познания того, что более всего нас заботит, того, о чем думают и говорят... А заботит нас сегодня, как раз, отсутствие этой самой культуры. Замкнутый круг?.. О том, как выйти из сложившейся непростой ситуации, читайте в эксклюзивных интервью видных деятелей культуры Армении… и не только.

пятница, 3 июля 2015 г.

Мечтатель, умевший добиваться своего

         “Я приезжаю в Ереван каждый год, правда, с небольшим перерывом: в 1950-м я вышла замуж и переехала в Москву. Очень тосковала по Еревану и с 1965 стала снова приезжать — в город моей юности, в город мечты моего отца Григория Арутюняна...” — так началась наша беседа с историком-музыковедом, журналистом, дочерью первого секретаря ЦК КП Армении Нами МИКОЯН.
— Нами Артемьевна, вы недавно вернулись из Джермука. Не так ли?
— Да, и мне бы хотелось рассказать об этом. Впервые я посетила эти места в 1943-м, тогда там не было ничего: ни бальнеологического курорта, ни здравницы, ни заводов... Мы отправились туда с Григорием Артемьевичем и тогдашним министром здравоохранения Осипяном: они поехали выбирать место для будущего города. Ну и меня с собой захватили. Надо сказать, отец сам был не особо здоровым
человеком — у него был вырезан желчный пузырь. Московские врачи постоянно твердили о необходимости лечения в Карловых Варах, на что он неизменно отвечал: “Если я буду лечиться в Чехословакии, кто ж построит Джермук у нас?”
И он два года подряд ездил на юг Армении, жил во времянке, проводил там весь отпуск, много рисовал, строил планы... В итоге город родился — если помните, в то время Джермук стал курортом всесоюзного значения.
Я уже во второй раз езжу туда, встречалась с мэром. Конечно, было бы прекрасно, если б имя создателя города, этого курорта не было забыто... Посмотрим, как на это пожелание среагирует местное правительство.
— Григорий Арутюнян сделал очень много для Армении, возродил облик столицы. Вы помните Ереван до него, после него и сейчас. Что вы видите сегодня и что бы не хотели видеть?
— Ну не мне, конечно, критиковать... Могу лишь как жительница Еревана сказать, что помню архитекторов того времени — Григоряна, Сафаряна и других — и то, как по идее Арутинова была установка, чтоб не только столица, но и Армения в целом сохранили исторические черты и каноны в строительстве. Обратите внимание, все дома построены в те годы, имеют характерные элементы армянского зодчества. Думаю, в этом был истинный облик Еревана — города особенного...
Сейчас многое утеряно, есть какие-то элементы в старых домах — увы, день их недолог, учитывая тенденцию “перестройки” города. В новых домах больше американизма, каких-то непонятных вещей, несвойственных и нехарактерных Армении. И не понятно, зачем это делается — для чего строить большие дома? Просто так? Нужны ли они здесь?..
У отца была мечта и он ее осуществил — проспект Баграмяна с уютными виллами, то есть создал эдакую “небольшую Швейцарию”. Он добился своего, хоть и было много критики на этот счет, но проспект стал одним из красивейших мест столицы. И когда я вижу сейчас там какой-то нелепый отель “Опера”, совершенно непонятно, для чего это построено. Меня как старую жительницы столицы это, мягко говоря, удивляет.
— Увы, сегодняшних ереванцев это не особо заботит...
— Действительно, непонятно и досадно. Я привыкла к размеренному ритму проспекта Баграмяна...
Но казусов хватало и в наше время. Помню, когда секретарем ЦК назначили Товмасяна, который раньше работал в КГБ, он приказал убрать все решетки в центре города, в частности вокруг Оперного парка, мотивируя это тем, что решетки должны быть в тюрьме. Потом, правда, их все же вернули. Он не знал, что весь Ленинград в решетках, что решетки — это очертание и красота города. Вот и сегодня, проезжая по проспекту Баграмяна, около парламента, я вижу, как в некоторых местах решетки покрашены в непонятный бронзовый цвет вместо черного. Увы, “товмасяны” не перевелись...
...С детства помню огромный альбом “Решетки Ленинграда”, которые с легкой руки отца превратились в армянские. Я привыкла жить с человеком, у которого всегда была мечта, и он ее осуществлял... Сейчас другие времени, и это касается не только Армении. Сегодня мало у кого есть мечта. А если есть, то сугубо личного значения. Жалко, конечно, что портится облик Еревана...
— В 1937 году первого секретаря Тбилисского горкома КП Арутинова приглашают в Ереван и он занимает пост первого секретаря ЦК КП Армении. Он ведь ничего не знал, все тут ему было в новинку. И что он делает?
— Проводит празднование тысячелетия эпоса “Давид Сасунский”! Молодой человек, всего 37. Спросите, почему он решает с этого начать? В кровавом 1937 году, как известно, имели место массовые репрессии. Народ был парализован страхом, и отец, чтобы поднять дух народа, решает провести этот праздник — возрождение образа легендарного национального героя Армении Давида Сасунского. В этой связи были выпущены праздничные издания на разных языках, заказан уникальный конный памятник работы Кочара, который сейчас стоит у вокзала. На праздник в Ереван были приглашены крупнейшие деятели культуры и искусства всей страны.
Одновременно в Москве начинается подготовка декады армянского искусства, которая прошла в 1939 году. В комиссию по подготовке пригласили режиссера Рубена Симонова, дирижера Мелик-Пашаева, Арама Хачатуряна, которому Г.Арутюнян предложил написать балет. По инициативе Арутинова были созданы Ансамбль песни и танца п/у Алтуняна, гусанский ансамбль В.Саакяна, квартет имени Комитаса, джаз-оркестр п/у А.Айвазяна... Подготовка к декаде шла под постоянным наблюдением отца. Она прошла с исключительным успехом, и об Армении заговорили как о стране высокой культуры.
Я уже не говорю о том, что в 1937 году Арутинов вычеркнул из списка представленных НКВД к аресту М.Сарьяна, А.Исаакяна и многих других видных деятелей.
Вы правы, у него было личное отношение ко всему — личная ответственность, мечты, которые он осуществлял, можно сказать, не покладая рук. Он уделял большое внимание развитию промышленности и сельского хозяйства. Было построено несколько крупных гидроэлектростанций. В этом строительстве отец, как и во всем, принимал активное личное участие.
Мы говорили с вами о проспекте Баграмяна, а почему бы не вспомнить Площадь Ленина, Крытый рынок, ЦК партии, рядом с которым был разбит уникальный парк, а также построены мосты “Победы” и Киевский мост. Он “болел” идеей Матенадарана, который был спроектирован в 1944-1952 годах, но был построен уже после него — в 1959 году по проекту М.Григоряна.
— Даже воздух в столице при нем стал другим, ведь большое внимание уделялось озеленению города...
— Да, холмы вокруг города Канакер, Норк и Цицернакаберд были засажены деревьями для защиты от пыльных ветров, а на тротуарах появились питьевые фонтанчики с горной водой. Можно сегодня представить Ереван без “цайтахпюров” или как их называют в народе “пулпулаков”? А ведь все было продумано, ничего не делалось просто так — потому что не для галочки, а для себя, для своих соотечественников, для будущего страны.
За годы его руководства была основана Академия наук Армянской ССР, астрофизическая обсерватория, Институт математики и др. Я помню, для работы в республику он приглашал крупнейших ученых: Орбели, Алиханова, Амбарцумяна, Дживелегова... А таким выдающимся деятелям искусства, как А.Исаакян, А.Хачатурян, М.Сарьян, были подарены особняки, где сейчас находятся их музеи.
— Одним из важных дел Арутинова было его письмо к Сталину о проблеме Карабаха, не так ли?
— Несомненно, большой болью для него было решение МГБ СССР в мае 1949 года о выселении “неблагонадежных” жителей Армении в Алтайский край. В Ереван приехали руководители СМЕРШ и проводили отправку жителей в 24 часа. Г.Арутинов все это время находился на вокзале и по мере возможности спасал от высылки людей, имевших награды и ордена. Как только появилась возможность после смерти Сталина исправить это беззаконие, в июне 1953 года отец издал постановление о возвращении высланных.
В итоге в 1953 г. был снят с должности первого секретаря ЦК КП Армении, а через год исключен из партии. Потом работал председателем колхоза в Армении, где тоже ко всему относился как к своему, к личному. Такой был человек — мечтатель, умевший добиваться своего.
В начале беседы вы спросили, что бы я хотела видеть в Армении. Отвечу вам: мечтателей. Таких, каким был Григорий Арутюнян, многие его последователи. Таким был и замечательный композитор, председатель Союза композиторов Армении Эдвард Мирзоян. Его реализованные мечты живут до сих пор — это и его уникальные произведения, и созданные им объекты. Взять тот же дилижанский Дом творчества композиторов, который недавно наконец назвали его именем. Ведь не будь Мирзояна, не будь его мечты и умения добиваться, не было бы этого уникального уголка в Армении. Это ведь не просто курорт — это историческая ценность! Туда приезжали отдыхать и творить Сарьян, Шостакович, Хачатурян, Марсель Марсо, Бенджамен Бриттен и многие другие виднейшие деятели искусств.
Не могу сказать, что сегодня совсем перевелись мечтатели. Они есть, но их крайне мало. И им сегодня намного сложнее. Посмотрите, в том же Дилижане недавно открылась Международная школа, идея создания которой родилась у российского предпринимателя Рубена Варданяна. Разумеется, мне ближе и я приветствую этот вид капиталовложения. Но ведь такое должно прийти в голову, эта мечта должна родиться и осуществиться, не так ли? Варданян делает большое дело — дай Бог, чтоб у него все получилось.
— Ну и в конце беседы, что бы вы пожелали нашим читателям?
— Знаете, стыдно желать, чтоб были сыты. Но это тоже важно. Важно, чтоб была работа... Но это ведь вещи, которые мы не должны желать — они должны быть. По умолчанию. Но так получается, что жить все труднее и труднее... И в Армении тоже. И хочется, чтоб все это ушло, чтобы Армения снова стала сильной и работающей и чтоб никто отсюда не хотел уезжать, а только стремились попасть сюда. Но это тоже мечта. Пока...








Комментариев нет:

Отправить комментарий